Иеромонах Давид (Кургузов): Трудно жить без любви

Вопрос телезрителя Евгения: «Церковь говорит, что Бог творит только добро. Откуда у Денницы (ангела света) возникло желание и мысль вражды против Бога, если вокруг было только добро?»

– Вопрос теодицеи (оправдание Бога) – глубинный, философский. Наверное, люди, преисполненные благодатью, могли бы просто и быстро на него ответить. Мне кажется, здесь было бы очень правильно говорить о том, что зло нетворческое. Творчество – созидательный процесс, это когда что-то имеет рождение, становление, созидание. А зло (по аналогии с распространенной философской мыслью о том, что холод – это отсутствие тепла, тьма) – это отсутствие света. Отвернуться от Бога – не творческий, не созидательный акт.

Человек, творящий зло, соглашается на то, чтобы не творить добро. Чтобы это понять, нужно понаблюдать за собой, насколько каждый день ты можешь совершать милосердие и творить милостыню, к которой призывает Господь. Он каждый день дает нам возможность творить дела милосердия, а мы упорно, долго и настойчиво, от них отказываемся. Мы творим зло, просто не делая добра. Денница пошел по такому же принципу.

Ангел света отвернулся от Бога. Есть такое понимание, что это на понятном нам языке объяснено, как поступает человек. Скорее всего, как это происходило, мы даже не можем вместить.

Зло нетворческое. Во многих духовных книжках говорится о том, что бесы – нетворческие существа, они ничего нового не придумывают. Это показательно. Так было и так будет до Второго Пришествия.

На самом деле это очень интересно. Многие спрашивают: могут ли бесы покаяться?

– По-человечески хочется, чтобы все спаслись. Нам хочется, чтобы у всех все было хорошо, чтобы никто не болел, чтобы не было войн, напрасных смертей, чтобы бесы покаялись. Это все в одном ряду стоит. Нам кажется, что это некое желание добра, чтобы вне зависимости от того, что происходит в жизни, все было хорошо.

Нельзя забывать о следующем обстоятельстве: Адам и Ева были сотворены Богом, они не знали, что такое богооставленность. Они искусились, согрешили и потеряли образ. То есть они были созданы по образу, и их образ исказился, они стали грешны. Пришествие Иисуса Христа через такое количество времени дало возможность человеку не просто восстановить образ, а преобразиться. Но преображение невозможно без утраты образа. Нам все время хочется, чтобы все шло поступательно вверх, чтобы никто не ошибался, чтобы было только хорошо. Это невозможно. Понять, что такое любовь, особенно любовь Божия, невозможно, если ты сам не оставался без нее.

По житиям святых мы знаем, как многие подвижники, особенно монахи, испытывают богооставленность перед смертью. Всю свою долгую сознательную жизнь они находятся в присутствии Бога. И, чтобы пройти вот это горнило, этот ад на земле, то, что прошел Христос после Своей земной смерти, Господь попускает им, чтобы они побыли в пустоте. Невозможно понять полноту, если не увидишь пустоты.

Это принцип, благодаря которому мы можем понять, что значит фраза: «Не согрешишь – не покаешься». Господь призывает нас не к тому, чтобы мы не грешили, а к тому, чтобы мы каялись. Это самый главный призыв – покайтесь, а потом уже наставление о том, как избегать сильных грехов.

Бесам покаяться невозможно?

– В каком-то смысле это творческий акт. Это даже не просто вопрос гордости. Хотя это, безусловно, самый большой тормоз, который мешает покаянию: «Я же значим». Покаяние – творческий акт, в покаянии человек призывает Бога для того, чтобы исцелиться. А исцеление происходит всегда созидательно.

Расскажу интересный случай. Человек жаловался, что ему трудно в своем рабочем коллективе, потому что большая разница с другими в возрасте. Он сетовал, что ему некомфортно работать. Ему посоветовали: «Попросите у Бога, у кого-нибудь из святых, чтобы они решили эту ситуацию». Ситуация решилась. У человека возникла серьезная болезнь спины, и ему пришлось уйти на удаленную работу. Все, что просил, он получил.

Желаемое дается не просто как конфета, которую берет ребенок из рук родителей, а все-таки с каким-то пониманием, осознанием. Творчество в покаянии перед Богом дает возможность человеку осознать собственную греховность и в просимом в том числе. То есть понять, что я не просто злой, а злой настолько, что дай мне волю – я готов всех убить. Это становится видно только в творческом процессе. Так как бесы существа нетворческие, они не способны разглядеть красоту. Покаяние – процесс очень красивый.

Нам это покаяние доступно. Мы выше.

– Дело не в высоте, мы так созданы. Это милость Божия и ответственность. Это важнее. Можно что-то взять на себя и сделать творчески. Это очень ценно. В творчестве человек подобен Богу. Подобие Божие в человеке – творчество. Занимаясь творчеством, я не имею в виду какие-то прикладные вещи, а созидательный процесс. Он может быть совершенно ерундовым – сделать цветочек из куска бумаги. Творчество всегда идет на созидание, на то, чтобы что-то рождалось и появлялось.

Известна история: может ли Бог создать камень, который Сам не сможет поднять или разрушить? Это происходит от непонимания, что такое созидание. Бог в какой-то момент сказал: «Холодильник» – и он есть. Даже если в мире не будет ни одного работающего холодильника, он есть как идея. Творчество человека заключается тоже именно в этом.

Если кто-то приходит в храм и один раз на Исповеди священнику говорит, что согрешил (или украл, солгал), это не может быть без последствий для него. Не в смысле наказания, а в смысле, что нельзя уже будет сказать это так же. Покаяние – творческий процесс.

Вопрос телезрительницы Татьяны из Подмосковья: «Господь Иисус Христос в Евангелии говорит: А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас (Мф. 5:44). Это наставление не дает мне покоя. Я у одного батюшки спросила: „У меня один враг только – дьявол?” Он говорит: „Нет, Господь его тоже любит, это Его творение”. С родными, близкими поссоришься и тут же помиришься, нет вражды. Кто мой враг? Кого любить? Какого врага?»

– Эти слова Евангелия и меня потрясли. Наверное, это был даже поворотный момент, после которого я перестал терзаться мыслями о том, есть ли истина в каких-то других религиях, конфессиях. Выше этих слов я ничего никогда не встречал.

Сколько Вам лет было?

– Мне было 28 лет. Мысль о том, что надо любить врагов, не давала мне покоя. Каждый человек или группа людей, с которыми я в данную минуту во вражде, – это может быть кто угодно – водитель автобуса, начальник по работе, собственный сын. В данный момент, в данной ситуации это мой враг, соперник не по спортивному принципу, а по живому конфликту. Между нами конфликт, разрешение которого в ту или иную сторону кого-то уничтожит. Любовь к врагам заключается не в том, что мы поссорились, помирились, а в том, что мы не ссоримся. Это та высота, к которой нас призывает Евангелие. Мы это все время пропускаем.

Мы каемся в грехах вечером, несем их до Исповеди, то есть откладываем этот процесс. А любовь – это здесь и сейчас. Если человек делает мне зло, а я на зло отвечаю добром, я не просто промолчу, дам успокоиться, найду компромисс. Нет. А это здесь и сейчас происходит.

Можно задать себе трезвый вопрос: я сегодня на то зло, что мне причиняли, ответил добром или подождал, пока все успокоится, изменится обстановка?

Христианство говорит именно об этом: нам нужно сейчас отвечать добром на зло. В тот момент, когда оно происходит. Не потом, не впрок, а именно здесь и сейчас.

По мысли Блаженного Августина, верующий человек, христианин, не тот, кто мыслит о прошлом или ожидает будущего, а тот, кто находится здесь и сейчас. Об этом эта заповедь.

Христианство заключается не в том, чтобы попытаться простить, а в том, чтобы здесь и сейчас ответить добром на зло. Это сложно и невозможно без Бога. Кажется, что человек может стерпеть, стиснуть зубы, сказать: «Спаси вас Господь»…

Если это делать, то это будет любовь к врагам. Даже какой-то простой конфликт решать тем, что отвечать добром на зло, – непросто, но это единственный Божий путь. Поэтому, кстати, блаженны миротворцы. Многие думают, что миротворец – это тот, кто ищет путь, как бы у всех удовлетворить спрос на мир в данную секунду. А миротворец – тот, кто жертвует собой, своим статусом, своими благами, чтобы просто наступил мир. Ему не важно, кто прав, кто виноват. Он творит мир прямо сейчас вместе с Богом, и поэтому Господь благословляет это и дает блаженство.

Кстати, мелькнула мысль, что есть Нобелевская премия мира. Есть очень популярный миротворец сейчас в политической повестке, о нем не будем говорить. Но, действительно, насколько по-другому христианство объясняет явление миротворчества... А сейчас из него делают фарс. На самом деле это всего лишь манипуляция целыми народами получается.

– Потому что хочется, чтобы мир был с какими-то условиями.

Мы ищем выгоду. Еще одно модное сейчас слово – «сделка».

– То есть задача заключается не в том, чтобы подействовал Бог. Но на самом деле неверующему человеку очень тяжело понять установление мира по тем Божественным принципам, которые мы знаем, без глубины апостольского наследия. А для этого надо очень хорошо знать историю и жития святых, видеть, как одно слово разрушало империи и воздвигало горы. Без такого опыта просто невозможно себе все это представить. То есть хочется всегда немножко рационализировать, чтобы был какой-то договор, в котором обговорили все условия.

Особенно забавно, когда это происходит среди русских людей. Потому что русские люди прекрасно знают: в ту же секунду, в которую человек в нашем народе подписывает какую-то бумагу (это может быть рабочий контракт, какая-то сделка, медицинский полис – что угодно), все участники процесса начинают думать о том, как они будут обходить этот договор в целом. Потому что нам очень сложно согласиться с тем, что наша жизнь должна быть внутри рамок. Нам все время хочется какого-то проявления свыше. Почему, например, русский народ еще склонен к каким-то суевериям? Потому что хочется мистики…

И желательно, чтобы эффект был моментальным.

– Да, и поэтому жить в определенных рамках нам просто очень тяжело психологически. То есть у нас прославляют левшу – героя, который преодолевает какие-то порядки. Но в этом, правда, есть очень ценное творческое зерно, потому что это и есть сотворчество Богу, а не отмена существующих законов. Плохое происходит, когда человек идет на поводу у греха в этом процессе, а не когда он идет на поводу у созидания, что надо проявить любовь вне закона. Это то, с чем постоянно сталкивается священник: по правилам надо поступить вот так, но по любви в отношении конкретного человека правила надо немного обойти. Мы постоянно об этом слышим.

По сути, Христос так и поступал – по любви.

– Да. Некоторые законы, в которых Он жил, Он тихонечко возвышал до такого уровня: никто не может их исполнить, давайте тогда поступим по снисхождению, а не по строгости.

Есть разные проявления любви – чувственная и деятельная. И когда Вы говорите про то, что на зло надо ответить добром, по сути, это призыв проявить какое-то противоестественное действие. То есть просто возьми и сделай так. Ты этого человека, может быть, не любишь или даже ненавидишь, но вопреки этому совершаешь по отношению к нему акт милосердия или снисхождения. Получается, это и есть любовь?

– Это любовь, но это не противоестественно.

Я имею в виду в нашем греховном понимании. Надо же ему, по сути, врезать, пнуть еще вдобавок и забыть его. Но, получается, мы так не должны делать.

– Здесь есть сложность. Дело в том, что сегодня культивируется понимание любви к себе. Люди хитрят с Евангельскими строчками и говорят: сказано же, что возлюби ближнего, как самого себя. То есть себя тоже надо любить. Но это некий обман в устах людей, трактующих это в понимании, удобном для современного мироустройства. Любовь к себе и любовь к ближнему строится не на том, что я такой, какой есть. Например, я капризный. Все, я же себя полюбил таким капризным. Значит, и вы меня должны полюбить, и я тогда буду вас любить. Нет. Имеется в виду любовь к тому, как человек задуман, – к образу, к иконе.

Мы смотрим на икону, и она полностью закопчена. Если кто видел старые иконы, они покрыты олифой. Это специальное масло, оно при определенной температуре имеет свойства лака. Икону, как защитным слоем, покрывали олифой. Со временем олифа темнеет, и копоть вместе с олифой может просто сделать из иконы темную доску. Но икона от этого не перестает быть иконой. Если олифу снять, опять будет видна икона.

Соответственно, когда человека призывают полюбить себя или ближнего, как самого себя, говорится не про копоть, а про икону, которая под олифой и копотью находится. То есть надо зреть в корень – смотреть на себя как на образ Божий и в человеке тоже видеть образ Божий, а не смотреть на этот темный слой. Именно это дает правильное понимание того, что такое любовь. Понимание того, насколько это естественно.

Я стараюсь об этом говорить подросткам и привожу им простой пример. Например, одноклассник назвал тебя грубым словом, сказал: дура. Я спрашиваю: «Обиднее кому – ему или тебе?» – «Мне обиднее». – «Почему?» – «Ну, он же обозвал меня». Я говорю: «Хорошо, ты дура?» – «Нет». – «Почему ты обижаешься тогда? Вот смотри, ты один раз услышала это слово. Я согласен, что оно довольно неприятное. Но ты услышала его – и все. А он ходил, думал, переживал… Он это слово услышал, вложил его сначала себе в голову, потом из головы перевел в сердце, ходил и думал, кому он может это слово адресовать, присматривался, выбирал. То есть думал об этом, болел этим, много времени потратил. Так кто больше мучается: ты, которая один раз его услышала, или он?»

А он потом еще думает: я ее обозвал, так, наверное, ей сейчас плохо, ее не отпускает?

– И об этом размышляет. То есть плохо тому, кто творит зло. Соответственно, проявление любви к этому человеку – это возможность (но не гарантия) освободиться от того зла, в которое он сам зашел. И невозможно это сделать договоренностями или отвечая злом на зло. Соответственно, когда мы проявляем любовь не на чувственном, а на деятельном уровне, то мы напоминаем человеку, что он создание Божие, он создан для того, чтобы творить добро, любить, радоваться, и больше нет других способов это объяснить.

Батюшка, спасибо за беседу. Расскажите, как приехать в ваш монастырь.

– В наш монастырь приехать очень легко. Не нужно путать наш монастырь с Ферапонтовым монастырем в Вологодской области. Там прекрасный монастырь. Мы сейчас по поводу 600-летия преподобного Ферапонта будем обязательно с ним взаимодействовать. А Лужецкий Рождества Богородицы Ферапонтов монастырь находится в городе Можайске. До Можайска по Минскому шоссе ехать менее полутора часов. А на электричке можно доехать от Белорусского вокзала, она ходит каждый день.

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475