Священник Анатолий Богута: Познание как путь к Богу

Сегодня мы будем говорить о знании как о пути к Богу.

На богослужениях в вашем храме я часто вижу большое количество детей. Вы преподаете в духовной академии и православной гимназии. Вы сами окончили православную гимназию, поэтому Вы настоящий эксперт в области школьного образования и духовного воспитания.

Я учился в советской физико-математической школе. Сложно представить, чтобы в школе того времени можно было узнать основы православной культуры или «Закон Божий», но думаю, что такая возможность сама по себе была бы прекрасна.

– В нашей школе было множество предметов религиозного характера на разных этапах обучения. У нас был церковнославянский язык, «Закон Божий», основы православной культуры, духовное краеведение, где мы изучали святых и святые места своих земель.

Каждый из этих предметов откладывал на сердце ученика свой отпечаток. Действительно, я окончил православную гимназию. Кроме первого класса, все остальные годы моего обучения прошли в православной гимназии. Могу сказать, что во многом это сформировало меня как христианина.

Но прежде всего хотелось бы обратить внимание, что человек становится христианином не из школы, а из семьи. Родительское воспитание – это важнейшая составляющая духовной жизни ребенка. Хотя у нас были дети из невоцерковленных семей. Сейчас, когда я общаюсь с одноклассниками, вижу, что они водят своих детей в школу. Я вижу, что через православную гимназию они воцерковились и стали активными участниками Православной Церкви. В этом случае благодаря православной гимназии появляется возможность воспитывать ребенка через духовные ценности. Это очень полезный опыт.

В обществе есть представление, что знание точных и гуманитарных наук необходимо для того, чтобы хорошо окончить школу, получить высокие баллы по ЕГЭ, поступить в престижный институт, окончить его и устроиться на высокооплачиваемую работу. Это считается основным критерием состоявшейся жизни.

Что происходит дальше? Ради чего человек учится, зарабатывает деньги, строит карьеру, если во всем этом отсутствует самое главное – духовная жизнь? Нам кажется, что мы начнем задумываться о Боге, когда построим успешную карьеру, начнем зарабатывать большие деньги, но обычно люди приходят к вере уже ближе к старости. Как решить эту проблему?

– Государство дает ребенку возможность в обычной образовательной школе в четвертом классе выбрать основы православной культуры или светской этики. Это решение принимают родители, не учителя. Сейчас в Выборгской епархии сложилась практика, когда к каждой школе приставлен священник, который курирует деятельность школы, напрямую связывается с директором, контролирует проведение предмета «Основы православной культуры». Эти занятия проводят специалисты, учителя, которые получают специальную квалификацию.

Но священник имеет важное значение в этом смысле. Например, сегодня я присутствовал на линейке в Первом лицее. Первый лицей – это школа во Всеволожске, я курирую ее уже на протяжении трех лет. В середине года мы проводим родительское собрание по выбору модуля. Священник выступает и рассказывает о модуле «Основы православной культуры».

Но что мы говорим? Мы говорим, что это не тот предмет, который приводит к религии и делает ребенка религиозным или духовным, а это культурологический предмет. Этот предмет рассказывает о нашей православной культуре и быте. Светская школа не может дать духовного образования, хотя в этом году у нас появляется новый учебный предмет «Основы духовной нравственности». Православных гимназий, где на базовом уровне изучаются предметы религиозной направленности, очень мало.

С этого года в школах вводится оценка за поведение. Есть три вида оценки: недопустимое, допустимое и примерное. Я помню, когда учился в школе, нам тоже ставили оценку за поведение. Тогда были только два варианта оценки: примерная и неудовлетворительная. Эта оценка входила в аттестат как в то время, так и сейчас. Скажите, пожалуйста, может ли страх перед оценкой привести человека к осознанию, что вести себя нужно примерно? Можно ли прийти к Богу из-за страха?

– Я думаю, что страх способен на многое. Тот, у кого есть страх перед угрозой, что ему воздастся за его поступки, действительно остановится в какой-то момент, но страх не может привести к Богу. К Богу приводит свободное волеизъявление.

Когда человек принимает решения из-за страха, что будет Страшный Суд или какое-то мучение после жизни, если он не встанет на правильный путь, то он не чувствует любви и радости. Я думаю, что самое главное в нашей жизни – радость. Сегодня на линейке я пожелал школьникам радости: «Радуйтесь 1 сентября». Я сторонник того, что мы должны приходить к Богу с радостью. Конечно, бывают огорчения.

Нужно смотреть на практику применения оценок за поведение в школе, которые хотят ввести. Если это не будет формально, и мы сможем таким образом доносить до родителей то, как ребенок проводит время в школе и какие результаты показывает, это хорошо.

Потому что внутреннее состояние ребенка зачастую воплощается в каких-то оплошностях, проблемах с поведением, а родителям важно знать и понимать это на раннем этапе. Ребенок – сложное существо, как и любой человек, образ Божий. Без индивидуального подхода, прямыми методами не получится помочь ребенку справиться с проблемой.

В православной гимназии Вы преподаете церковнославянский язык. Но когда Вы начали его изучать?

– Я начал изучать церковнославянский язык еще в православной гимназии. Будучи чтецом в храме, я умел читать с самого детства. Благодарю своих родителей, потому что именно они научили меня с детства читать по-церковнославянски. Но в православной гимназии мне действительно дали понимание грамматики этого языка, насколько этот язык близок к русскому языку... Не все понимают, что это два разных языка. Церковнославянский – это искусственный язык, он возник для того, чтобы переводить священные тексты и другую литературу с греческого языка.

Есть мнение, что до революции, когда не было школ, очень много детей крестьян и других сословий были необразованными. Под необразованными понимаются те, кто не знал или плохо знал русский язык и русскую грамоту. Но в церковноприходских школах дети читали по-церковнославянски, поэтому назвать их полностью необразованными неправильно. Очень большое количество населения до революции читало Апостол, Евангелие, часы и другие церковные тексты на церковнославянском языке.

Я вспоминаю то время, когда был вне веры. Тогда мне казалось, что знание способно решить все проблемы. Я думал, что сейчас окончу этот институт и еще этот институт, еще пройду эти курсы, и все у меня будет хорошо. Но пришел к тому, что знаний у меня много, а применять их не удается. Они – как кошелек: в нем очень много денег, но потратить их невозможно. Но когда эти знания умножаются на веру, тогда все выстраивается. Что делать людям, которые нацелены только на объем знания? Как обрести цель использования этих знаний?

– Знания сами по себе не приводят к Богу. Они неполноценны, потому что не отвечают на вопросы «почему? для чего?», не говорят о цели. У меня знакомые профессора, доктора тех или иных областей знания. Все они говорят: «Мы изучаем предмет, изучаем, как это происходит. У нас есть доказательная база, есть возможности через опыты дойти до познания той или иной вещи...». Но почему это происходит, для чего это все существует, они ответить не могут. На эти вопросы может ответить только Священное Писание – то, что открыл нам Сам Господь Бог.

В советское время существовал такой журнал – «Наука и религия», где наука и религия противопоставлялись. Есть наука – это все, что доказано, все, что правильно. И есть религия как опиум для народа – нечто непонятное и бесформенное, то, что мы не можем оформить как аксиому, как знание. Но для верующего это не является противоречием, потому что вера – совсем иной инструмент познания. Мы верим не тому, что видим своими глазами; наоборот, верим тому, что мы не видим.

Приведу такой пример. Есть город Рио-де-Жанейро. Я там никогда не был, но знаю, что он существует. Почему я знаю это? Мне по телевизору его показали, я в энциклопедии прочитал о нем, и все говорят о факте, что этот город есть. Но я там не был.

Очень многое в нашей жизни мы воспринимаем на веру. Что касается Бога… Действительно, через предметы, через мир целиком познать Бога полностью невозможно. Лишь отчасти видя красоту, видя, что все настроено очень тонко, что любое отклонение от нормы в этом мире вызывает катастрофу, мы, благодаря таким знаниям, можем приходить к познанию Бога, понимать, что Бог существует.

Связь с Богом должна быть обязательно. Мы говорим о человеке, как об образе Божием. Мне нравится объяснение отца Олега Давыденкова: «Образ Божий – это способность быть личностью». А личность может связываться с личностью. Если мы в христианском Боге признаем Личность, то мы сами, будучи личностями, можем с Ним связываться. Все остальное – это то, что относится к личности: свобода, разум, бессмертие души…

Я думаю, религиозный опыт не может быть заменен никаким другим опытом, никакой другой наукой, потому что это живая связь, это общение. Как мы общаемся с другим человеком, точно так же мы общаемся с Богом. Для верующего Он является самоценным. Человек не видит в этом никакой проблемы – нет никакого противоречия. Очень много людей, обладающих серьезными знаниями в тех или иных отраслях науки, в тех или иных областях знаний, но в то же время они верующие. Вера никак не вредит им и никак не мешает их научному мировоззрению.

Конечно, мы признаем научное мировоззрение. Еще один факт. Василий Великий, святой отец IV века, величайший каппадокиец, в свое время писал, что лягушки зарождаются из грязи. Мы сейчас скажем, что это неверно, что это противоречит научному пониманию мира. Но в те годы это было нормальное, естественное познание мира. Когда мы читаем святых отцов, мы понимаем, что они опираются на науку своего времени, а мы – на науку своего. Мы дружим с учеными и всячески приветствуем их стремление к знаниям.

С этого года в школах запрещено во время урока пользоваться телефонами и гаджетами. Их нужно сдавать. Теперь в каждом классе есть специальный стол, куда запираются все телефоны и выдаются только на перемене. Когда мы смотрим, как наши дети все время сидят в телефоне, то кажется, что это страшно. Но для них это норма. Для меня это не норма, потому что в моем детстве не было сотовых телефонов. И понятно, что я не привык к их использованию. Вы молодой священник. У Вас наверняка с помощью новейших технологий есть решения каких-то духовных вопросов для прихода?

– Все правильно… Что касается телефонов в школе, опыт забирать их у детей есть уже не первый год во многих школах. Это зависит от учителя. Многие учителя уже давно пользуются этим методом. Но сейчас все официально: делаются специальные ячейки, в которые эти телефоны аккуратно вставляются. На перемене отдавать телефон ребенку – я думаю, это не меньшая проблема, потому что перемена нужна, чтобы ребенок побегал, подышал воздухом, а он сидит в телефоне. Телефон – это быстрый дофамин. Когда мы получаем удовольствие, у нас мозг продолжает работать. А ребенку, наоборот, нужно, чтобы на перемене мозг перестал работать, чтобы он немного отдохнул физически. Мы, например, в детстве в школе выбегали на улицу и играли с мячом, но не в футбол (в футбол не успеешь за перемену сыграть)…

Я считаю, что все должно начинаться с семьи. Такие полицейские меры действительно нужны в школе, потому что иначе урок превращается непонятно во что. Когда дети начинают заниматься своими делами в телефонах, они не слушают. Поэтому на занятиях телефон совершенно точно не должен быть у ребенка. Но, с другой стороны, если мы в повседневной жизни будем забирать у него телефон, это тоже приведет ко злу. Когда у ребенка есть какие-то ограничения, а потом наступит свобода, он полностью в этом всем повязнет. То есть ребенок должен сознательно распоряжаться смартфоном, телефоном.

Как говорят современные психологи (и я их поддерживаю в этом смысле): если ребенок зависим от телефона, значит, родители дают ему недостаточную нагрузку. Или он занимается в жизни не теми вещами, которыми должен заниматься: может быть, не тем спортом, не те книги читает (родители дают ему те книги, которые он не хочет читать или которые ему не нравятся). Я считаю, если ребенок постоянно сидит в телефоне, это недоработка взрослых. Если у ребенка есть занятия, кроме школы, если он загружен спортом, творчеством, чтением книг и ему это нравится, он этим живет, то телефон будет для него всегда вторичен.

Телефон нужен, особенно в нынешнее время, когда можно и позвонить, и посмотреть в интернете все, что нужно. У нас на приходе мы собираемся провести встречу для родителей и поговорить о том, как научить детей правильно пользоваться этим устройством. Зависимость – очень тяжелая вещь.

Другая проблема – искусственный интеллект. Я сам лично пользуюсь несколькими платформами для создания контента, не столько информативного, сколько для упорядочения его, например, в социальных сетях, чтобы построить план лекций. Священников везде ждут поговорить и со школьниками, и со взрослыми, и с молодежью. Но для всех нужен свой подход, одну и ту же лекцию надо проводить по-разному: приводить разные примеры, выстраивать разный тайминг. Искусственный интеллект мне очень часто помогает с этим. Он создает мне план для конкретной аудитории, советует, как с этой аудиторией поговорить на ту или иную тему, на каких примерах лучше все объяснить. По содержанию я к нему не обращаюсь. А у детей, я вам скажу, большая проблема с этим, потому что они начинают воспринимать то, что он пишет, как высшую инстанцию. А искусственный интеллект несовершенный, у него бывает очень неточная информация.

Использовать искусственный интеллект можно даже при подготовке к проповеди, но если священник будет опираться только на эти знания, то я не уверен, что это будет хорошо. Должны быть те знания, что Вы получили в духовной академии, в семинарии... Знания можно почерпнуть из книг. Более того, знание, которое не опирается на путь познания Бога, обречено на провал. Это мое глубокое убеждение.

– Вы знаете, мы видим много ученых, добрых людей, которые хорошо относятся к близким. Но как христиане мы понимаем, что стремление к Богу – это самое главное, что должно быть в жизни. С другой стороны, мы не можем оценивать этих людей, мы не знаем, когда Господь приведет к Себе каждого человека, в какой момент этому человеку полезно прийти к Богу.

Конечно, познание окружающего мира без познания Бога, без познания его Творца, без познания Источника всех этих знаний бесполезно. Оно не приводит ни к чему: ни к смыслам, ни к вечной жизни. Это всего лишь знания, всего лишь какой-то багаж, эрудиция, тем более когда мы получаем эти знания не из книг. Ведь книга – это когда мы сами это проживаем, в этом всем участвуем и на свой опыт накладываем. А иногда мы пытаемся увеличить свою эрудированность просто какими-то краткими фактами или статьями из интернета.

Благословите наших телезрителей.

– Дорогие братья и сестры, поздравляю вас с началом учебного года. Дай Бог, чтобы наши дети, наши внуки, может быть, даже наши правнуки приступили к знаниям с радостью и с любовью к близким.

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475