Православная газета

Православная газета

Адрес редакции: 620086, г. Екатеринбург, ул. Репина, 6а
Почтовый адрес: 620014, г. Екатеринбург-14, а/я 184
Телефон/факс: (343) 278-96-43


Православная
газета
Екатеринбург

Русская Православная Церковь
Московский Патриархат

Главная → Номера → №1 (1042) → Протоиерей Николай Малета: Человек может быть по-настоящему счастливым только когда обретает в своей жизни Бога

Протоиерей Николай Малета: Человек может быть по-настоящему счастливым только когда обретает в своей жизни Бога

№1 (1042) / 1 января ‘20

Беседы с батюшкой

Люди старшего поколения, чья сознательная жизнь пришлась на 1990-е годы, приходя в храм, испытывали, наверное, немножко другие ощущения и переживания, нежели современные люди: храмов было мало, не было полноценной литературы, приходилось переписывать что-то и передавать друг другу книги, но было желание изучать и душевное стремление – как правило, это было личное искание Бога. Сейчас часто родители приводят своих детей. Сегодня очень много храмов, множество литературы, видео–, аудиоуроков, из которых можно многое узнать, но у человека есть некий барьер, ему трудно переступить порог храма; так бывает у людей, которые приехали в туристическую поездку, решили зайти в церковь (местную достопримечательность) – и не знают, как себя вести: как одеваться, куда можно подойти, куда нельзя… Предлагаю поговорить о сложностях, с которыми может столкнуться человек, который хочет зайти в храм (желание такое иногда появляется, но как-то пока это не выходит).

– Мне кажется, что большинство этих проблем носят если не мифический, то полумифический характер, а многие – просто надуманные. Бывает, слышишь, что человека в том или ином храме встретили не так, как он ожидал, что на него накинулись какие-то старушки – «злые фурии», и так далее. Безусловно, такие случаи были. Думаю, и по сей день они есть, но, наверное, это из другой психологической области – из области самооправдания.

Как вы отметили, в начале 1990-х годов люди ринулись в храмы (а храмов было очень мало) – старались креститься, венчаться. Но, к сожалению, глубокое, осознанное отношение к религии и стремление жить религиозной жизнью появлялось лишь у единиц. Я за свою священническую жизнь (начинал я с 1993 года) крестил тысячи людей, и, к сожалению, абсолютное большинство людей крестились, вроде бы переступили порог храма, но реально двери своего сердца не открыли и, по сути, серьезной встречи с Богом у них не произошло. А что происходит сегодня?

Отчасти становится понятным увлечение людей различного рода сектантскими течениями протестантского толка. Вообще, протестантизм иногда именуется профессорской религией, профессорским христианством, так скрупулезно, детально изу-чается Священное Писание: у них всегда под рукой Библия, в ней тысячи закладок – и они на любой жизненный случай тут же находят ответы. (То есть на уровне рационального восприятия, может быть, что-то и происходит, но на этом и останавливается.)

Я думаю, когда у человека есть реальная проблема, когда его мучает совесть, когда у него серьезные вопросы духовного плана, он особо не будет ломать голову, как его встретят в храме. Все мы ходим в различные организации, и мне тоже приходится бывать в разных учреждениях; в каждом учреждении – свои порядки, во многих учреждениях есть предварительная электронная запись. Заходишь в школу – свой порядок, в здании администрации (городской, районной или областной) – тоже свои порядки, в отделении Сбербанка – тоже свои моменты. Все это надо учитывать, и везде надо приспосабливаться, узнавать порядки, чтобы решить свою проблему.

Когда у нас разболелся зуб, мы идем к дантисту – и не думаем, что и как там будет.

Я всегда говорю, что если у человека есть реальное желание обрести веру или решить вопрос религиозного плана, если у него действительно болит душа, то, невзирая ни на что, он придет в храм. Многие ссылаются, что в храмах не все воспитанные, культурные, образованные – и такие претензии не только к сотрудникам храма, которые принимают записки за здравие и упокой или трудятся в церковной лавке, где можно приобрести иконы и духовную литературу, но и к священникам тоже. На это я всегда говорю: представьте, что у вас заболел зуб, а в округе только один стоматологический кабинет и один стоматолог – человек он крайне неприятный, просто нехороший, мы его не любим, не уважаем, не ценим как человека, как личность, но он специалист, и чтобы решить проблему с больным зубом, вы идете к этому специалисту – и он делает свое дело.

Так и с храмом. Может быть, все будет не так, как тебе хотелось бы, но священник примет твою Исповедь, и ты можешь через него приобщиться Христовых Таин, Тела и Крови Христа и разрешить другие вопросы. Как человеку с улицы попасть в храм? Элементарно: подняться по ступенькам, открыть дверь (в крупных соборах, как правило, двери массивные), переступить порог – и все будет благополучно. В большинстве приходов, я думаю, адекватные сотрудники, священники, настоятели – если и есть недоразумения, то они вполне разрешимы.

Многие считают, что нельзя зайти в храм не в той одежде. В монастырях действительно есть требования: чтобы были закрыты плечи у женщин, на голове платок и так далее. Но я не слышал, чтобы не пустили в собор или храм человека, например, летом в шортах, особенно если он впервые в храме и хочет исповедоваться.

Вот недавно я не стал исповедовать человека: он пришел в состоянии алкогольного опьянения. Мы с ним долго беседовали (видимо, у человека не хватало храбрости без допинга войти в храм, поэтому он пришел вот таким – и мы довольно долго общались, беседовали). Он рассказал о своей жизни, в том числе раскрыл и нехорошие стороны, но я попросил у него прощения и сказал, что Исповедь принять не могу: все-таки это таинство – как можно обращаться к Богу в таком состоянии? Но все равно он подошел к одной иконе, к другой, поставил свечку, помолился, как мог, и ушел. В следующий раз, надеюсь, придет уже в нормальном состоянии.

Батюшка, Вы говорили, что за время Вашего священнического служения были крещены тысячи людей, но непонятно, где сейчас многие из них, ходят ли в храм. Каково отношение к этому – душевная боль или состояние, когда понимаешь, что каждый человек свободен, у каждого есть выбор и сделать его – право человека?

– На эту тему даже в церковной среде среди духовенства ведется много споров, ибо это касается вопроса подготовки к Крещению. На самом деле очень важно, чтобы человек подходил к таинству осознанно – как говорят святые отцы, он должен глубоко и умом, и сердцем почувствовать, что находится в бедственном положении в духовном плане, что не сможет преодолеть свои болезни и излечить духовные раны без Божией помощи. Как мы именуем Христа в Православной Церкви? Спаситель. Кому нужен Спаситель? Например, кому нужен спасатель на воде? Тому, кто хорошо плавает и находится в безопасности? Нет! Спасатель нужен тому, кто тонет. Пока человек не осознает, не почувствует своего бедственного положения, что он погибает, он не почувствует настоящей нужды в Спасителе.

Более 10-ти лет назад, когда я еще служил в Вознесенском храме, девушка подошла ко мне и спросила: «Батюшка, можно покреститься?». А для этого как раз мы тогда в Вознесенском храме решились и ввели длительный курс оглашения: у нас было 12 бесед, и эти беседы были не по 6 уроков в день за 2 дня, а не более беседы в неделю – подготовка к Крещению длилась около 3-х месяцев. Я говорю девушке: «Надо пройти подготовку». Она говорит: «Нет, мне некогда, я срочно улетаю, мне нужно креститься». И я ей задал вопрос: «Вы хотите быть христианкой или крещеной?». Она хотела сказать, какая разница, но осеклась – у нее начался процесс осознания, осмысления моего вопроса; оказалось, ей действительно важно было покреститься.

Крещение – духовное рождение. Какой смысл, если человек принимает Крещение, рождается духовно, но дальше не вкушает духовной пищи, не живет духовной жизнью? Это как если бы ребенок родился, а мама не даст ни грудного молока (или чего-то замещающего, когда грудного вскармливания не получается по различным причинам), ни доступа кислорода, ничего, – не создаст условий для его жизни. Это получается убийство!..

В 1990-е годы не было возможности людей учить, проводить нормальные курсы оглашения. А когда появились курсы оглашения, у нас в храме получалось, что на первую беседу приходила группа человек 20–30, а на следующую беседу треть уже не приходили, 5–10% отсеивалось. И потом людей мы крестили: вечером была своего рода исповедь (полноценную Исповедь совершить нельзя – человек еще некрещеный) без разрешительной молитвы, когда человек должен был осознать свою жизнь: что у него в жизни не так, что нужно исправить, как нужно свою жизнь привести к тому порядку, который предлагает Евангелие, христианская Православная вера. На следующее утро проходило Крещение в крестильном помещении: было примерно 20 человек (как правило, взрослых) в белых крестильных рубашках со свечами в руках. Начиналось Крещение в 8, к 9-ти часам, к началу Литургии завершалось, и дальше происходило воцерковление – эти только что крестившиеся люди со свечами в руках стояли всю Божественную литургию, причащались за Литургией. В конце Литургии я выходил, поздравлял их, а прихожанам говорил, что в нашем полку прибыло, что очередной взвод вливается в нашу жизнь: прошу любить и жаловать, помогать их воцерковлению.

За 3 месяца до того эти люди тоже говорили: «Нет, нам некогда, у нас не получится так долго ходить на беседы». – «Но если вам некогда прийти на час-два раз в неделю на беседу, то как вы собираетесь в дальнейшем соблюдать день субботний (в Новом Завете – воскресный, день воспоминания Воскресения Христова), как положено каждому христианину? Как вы собираетесь ходить в храм каждый воскресный день?»…

А потом эти люди говорили: «Батюшка, нам мало 3-х месяцев». Мы начали создавать группы. Первая группа называлась «Альфа» (обозначали греческим алфавитом). Когда в этой группе было уже более 100 человек, которые прошли оглашение и крестились, мы начали формировать группу «Бета». Была радость за этих людей: не произошло такого, когда человек крестился, вышел за порог храма и забыл про храм Божий и про то, что у него есть душа и что ему нужно что-то делать в христианской жизни. Господь меня сподобил получить отраду, что мы так готовили людей, и, принимая таинство Крещения, они оставались в Церкви. Это очень приятная радость!

Вопрос телезрителя из Белгорода: «Меня интересует, что мешает человеку открыть Евангелие и хотя бы кратко ознакомиться с тем, что говорит Сам Христос, например, о Крещении, о Причастии, о вере? Что мешает?».

– Мешают лень, нерадение и нежелание. Многие говорят: «Мы не понимаем богослужение, оно на церковнославянском языке, его нужно перевести на русский язык». Представляете, оказывается, некоторые приходы (их часто называют кочетковскими – есть такой отец Георгий Кочетков в Москве) это практикуют. По-моему, есть такая община и в Екатеринбурге. Но когда переводят какие-то части богослужения, то людей в храме не становится больше: люди находят любой повод, любую причину, чтобы оправдать свое нежелание ходить в храм.

Сегодня у нас было собрание, где прозвучали цифры (они не очень высокие): сколько учеников общеобразовательных школ в нашем городе, желающих изучать «Основы православной культуры». Таковых малый процент. Я как-то отвозил заболевшего ребенка в детскую поликлинику и услышал, как мамы сидели в коридоре и беседовали. Одна говорит: «Представляешь, наших детей в школе хотят учить вере в Бога. Это кошмар какой-то! Зачем это нужно?» – оказывается, родителям это не нужно. Ведь как многие родители привыкли жить? Сквернословие уже в порядке вещей. Пить, курить, совершать супружеские измены – это многие родители не то что обсуждают, у них такой образ жизни. У многих даже нет брака, заключенного в ЗАГСе. И представляете, ребенок придет из школы и будет им рассказывать правила поведения, будет учить их жизни? Они не хотят этого.

Человек, который боится переступить порог храма, может, даже боится самого себя, боится, что его совесть проснется и начнет его обличать. Лет 15 назад был у меня такой случай. Вечером закончилась служба, я вышел из храма, а навстречу идет полковник (или подполковник) и говорит: «Батюшка, я ехал на машине, увидел храм. Никто не просил подать записку, никаких проблем не было ни дома, ни на службе, но руль сам повернулся в сторону храма. Я зашел в храм, подошел к иконе, и ни с того ни с сего у меня слезы потекли ручьем. Что это такое?». Представляете, военный! Может быть, и поэтому люди иногда боятся зайти в храм?

Ничто не мешает узнать правила поведения в храме – сегодня можно в интернете найти ответы на любые вопросы. Многие говорят: «Да вот, в церковь приходишь, за свечки платить надо». Вчера одна из сотрудниц храма рассказывала, что недавно ездила в монастырь, где в церковной лавке висит бумажка, на которой показаны все статьи расходов монастыря – иногда слышишь замечания: «Почему в храме надо деньги платить? Почему в храме не все бесплатно?». Я думаю, что это просто грубое лукавство и ложь на уровне клеветы лукавых духов: неужели человек не понимает, что храм нужно содержать, что есть коммунальные платежи? Сколько ты платишь коммунальных платежей за свою квартиру? А в храме не квадратными метрами, а кубометрами измеряется то пространство, которое нужно прогреть, надо заплатить сотрудникам. (У нас в храме есть сотрудница, которой почти 87 лет, но она работает, потому что ей надо помочь и дочке, и внучке, и правнучке. Она получает в храме несчастные 10–12 тысяч и работает там с 7-ми до 7-ми.) Эти средства нужно где-то брать. Есть налоги, есть оплата в фонды и прочие платежи: храм – это как любая другая организация. Это не Греция, где храм находится на балансе государства, а священник получает зарплату как госслужащий. У нас многие приходы еле-еле выживают. В Троицком кафедральном соборе около 70-ти человек получают какие-то средства, там сотрудников очень много, несколько хоров (людям нравится, когда в храме красиво поет хор, а у певчих семьи, им нужны средства на жизнь)…

Я сегодня ребенка встретил после школы – она рассказывала о новом компьютерном термине, который они учили, означающем расположение объектов. Она учится в 3-м классе, и ей надо учить терминологию. Даже на окружающем мире она узнает какие-то новые термины: кто такие млекопитающие, земноводные и так далее. А сколько специфических терминов в медицине! В Правилах дорожного движения тоже своя терминология, которую надо изучать. Так почему не выучить основные моменты богослужения? Их не так много.

А потом скажут, что нужны лавочки (как в католических храмах) – «мы устали стоять». Я бывал (ездили в составе хора архимандрита Матфея), будучи еще студентом Московской духовной семинарии и академии, и в Германии, и во Франции – это были своего рода миссионерские поездки. Мы заходили в католические храмы, когда там совершались мессы. Огромнейшие храмы вместимостью до 3–5 000 человек, а в них только 20–50 человек сидят (а месса длится 15 минут или полчаса, не больше; даже лавочки не помогают)!

Так что, если человек верит, что есть Бог, он осознает и чувствует, что у него есть душа, что о ней надо позаботиться как о любом другом органе. Было бы желание! Почему мы такие нерадивые христиане, чего нам не хватает? Как говорил преподобный Серафим Саровский, нам не хватает решимости.

Есть такая история. Александр Македонский в одном из своих походов попал в языческий храм, где был знаменитый гордиев узел, который так был завязан, что не было видно ни начала, ни конца. А было такое поверье: кто развяжет этот узел, будет иметь власть над всей Азией. И он подумал: какой маленький труд – развязать узел, хотя и сложный, и какая заманчивая перспектива – властвовать над всей Азией! Он покрутил, повертел, не смог найти концов – достал меч и рассек узел. Вот нам не хватает такой решимости достать меч – мы часто бываем в плену мифов, привязанностей, бабьих басен, как говорит апостол Павел. А нужно проявить решимость и переступить порог храма, а дальше с Божией помощью двигаться. Ведь для этого все есть.

Вот сегодня телезритель вопрошал: чего людям не хватает? Почитай Евангелие! Конечно, в Евангелии не все моменты и тонкости церковной жизни, но есть литература, и при желании можно попытаться найти ответы на вопросы.

Вопрос телезрительницы из Нижегородской области: «Я уже давно и с удовольствием хожу в церковь. Жду каждого воскресенья, с каждым годом все больше привязываюсь к церкви. Но иногда сомневаюсь: может, у меня просто уже привычка – люди, например, в кафе ходят, а я в церковь привыкла? Мне в церкви нравится, я с удовольствием участвую в службе, но есть сомнения… Может быть, это ненужные размышления?».

– Я думаю, что проще вам самой ответить на этот вопрос. Надо прислушаться и к сердцу, и к тому, что ум говорит, и к чувствам, чтобы понять, чего вы ищете. Я могу только высказать свои предположения. Мне неоднократно люди задавали вопрос: «Батюшка, у меня какое-то искушение. Причастилась и ничего не почувствовала – ни облегчения, ни радости, ни благостного состояния. Что делать?». В этом случае надо поразмышлять, разобраться: мы ищем благостного состояния или встречи с Богом? Или мы хотим удовлетворить нашу естественную природную потребность души? Это такая же природная потребность, как есть, пить или спать, – наша душа нуждается в Боге: как сказано в Священном Писании, как олень стремится на источник утолить свою жажду, так душа человеческая стремится к Богу.

Поэтому, думаю, если есть какие-то примеси, когда мы ищем какого-то состояния, в них можно разобраться и покаяться: «Господи, прости меня – я пришла в поисках вот этого». Если таких очевидных, откровенных проявлений нет, то это очень хорошо. Человек может быть по-настоящему счастливым только тогда, когда обретает в своей жизни Бога.

Вы упомянули, что кто-то идет в кафе или куда-то еще. Но даже в этом случае мы не можем сказать душе: «Ты, душа, сегодня отдохни, у меня только гастрономическое развлечение – я схожу покушать, попить...». Ведь душа тоже участвует в этом процессе. Как говорит апостол Павел, всем бо явитися нам подобает пред судищем Христовым, да приимет кийждо, яже с телом содела, или блага, или зла: не просто чистая душа уйдет в вечность и будет вечно радоваться духовно без тела – тело тоже призвано к вечности, к воскресению. А тела, которые не умрут (не кончится их физическое состояние на земле) на момент Второго Пришествия Христа, преобразятся, по словам апостола.

Вполне нормально и естественно, что когда душа находит Бога, она становится счастливой. Почему мы несчастные? Мы ищем развлечений. В современной жизни столько увлечений, столько направлений, и люди хотят найти подлинное благополучие и счастье – кто-то в еде, кто-то в блуде, пьянстве и других страстях ищет себя, но это как бездонная бочка… Душа не удовлетворится до тех пор, пока не встретит Бога. А мы находим идолов.

У апостола Павла есть слова: «Бог их чрево есть». Сколько у нас идолопоклонников в поклонении собственному чреву! Сейчас идет Рождественский пост. Он не такой строгий по правилам воздержания, но сколько есть постных гастрономических изысков… Сейчас рыбу можно употреблять почти каждый день, столько вкусных вещей можно приготовить! (Вспомним, в советское время в очередях стояли за едой. В 1990-е годы по талонам получали сахар, крупы, макаронные изделия и так далее, за колбасой стояли в длинных очередях...)

Мне кажется, если душа жаждет, то это хорошая привычка. Если прислушаться к собственной душе, к голосу совести, то походы в храм в воскресные дни вполне естественны. У кого-то призывы к теснейшей жизни с Богом выражены более серьезно, и люди оставляют все, жертвуют всем, принимают монашеский постриг и живут в монастырях в серьезных условиях...

Записала:
Нина Кирсанова

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз».

 

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс: 32475

Православная газета. PDF

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс

Православная газета. RSS

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс