Священник Михаил Квачёв: Как читать духовную литературу?

Окончание. Начало в №37, 2026 г.

Батюшка, как поступать в ситуации, когда читаешь святых отцов и понимаешь, что эти советы для монахов, а не для семейного человека. Как поступать в такой ситуации: что-то применять, а что-то не применять?

– Это же написано не конкретно тому, кто это читает, если речь идет о письмах и о советах… Ситуация может быть такой, с которой святитель или святой был знаком, и он пишет этому человеку так, как Господь дал ему возможность ответить на этот вопрос. Это абсолютно не значит, что твоя ситуация аналогична той. Тем более, если речь идет о монашествующих, это специфическая жизнь, сильно отличающаяся от привычной жизни прихожанина. Это две разные жизни, два разных пути к совершенству, принципиально отличающиеся в подходах. Так что, если речь идет о совете, который не подходит, необходимо с благодарностью Богу воспринять его, но не претворять в жизнь.

Определять, тебе этот совет или нет, подходит он тебе или нет, лучше с духовником – он тебя знает и подскажет, что надо прочитать. Иногда нужно прочитать не духовную литературу. Как, например, когда речь заходит о христианском кино, некоторые люди говорят, что такое кино даже не всегда про Христа или про христиан. Это прежде всего кино, снятое христианином. То есть туда вложен смысл, который нужно извлечь зрителю.

Иногда необходимо прочитать какое-то произведение. Есть замечательное произведение, я многим приходящим в храм рекомендую его прочитать. Очень простая, интересная история – повесть протоиерея Александра (Торика) «Димон». Она о мальчике, которому симпатична девочка, и с ними случается, скажем так, загробное приключение. Вещь совершенно простая, очень легко читается, но можно почерпнуть очень много из этой истории.

Многое становится понятным благодаря простой книге. Это не Священное Писание, не творение святых отцов, но подобные произведения – это тот инструмент, который может оказывать на человека сильное влияние, помогать ему начинать ориентироваться в христианской жизни. Задача священнослужителя – дать эти ориентиры, и в каждом случае они могут быть разные: для одного человека одно произведение, для другого – другое.

Вспоминается случай, когда один из духовников пришедшему дал послушание в ответ на вопрос: «Что, батюшка, дадите почитать?» Этот человек очень любил читать, у него была огромная библиотека, он был ученый. Батюшка ему сказал: «Тебе ничего не надо читать». – «Как?!» – «Тебе нужно поучиться, послушаться, пойти потрудиться. Тебе читать не надо». Чтение может вогнать в прелесть. То есть человек может находиться в некотором превозношении, что может взять все из литературы, взять там лучшие образцы. Это не всегда педагогично, не всегда может оказаться правильным в конкретной ситуации. Хотя общий совет – читайте святых отцов, читайте Священное Писание – очень правильный. Но именно для него это было непедагогично в тот момент времени.

Все должно восприниматься нами через призму послушания Церкви. В некотором смысле мы должны всегда соотносить свое состояние с советом духовника или приходского нашего священника: как бы он нам посоветовал, на что бы попросил обратить внимание. Пусть нет великого старца в духовниках. Приходской священник по факту того, что вы у него постоянно исповедуетесь, и является вашим духовником – тем, кто смотрит на вас со стороны, может вам дать совет.

Бывают такие ситуации… Берешь одну церковную книгу, там есть определенный совет на какое-то конкретное вопрошание. Берешь другую, тоже церковную, книгу, там такой же вопрос, но уже другой ответ. Кого слушать?

– Необходим совет в данном случае. Можно посоветоваться, к слову, не только с духовником, но и с другом, христианином, который тебя хорошо знает. Какие-то вещи, не имеющие принципиальной и большой важности, можно открыть своему товарищу. Что он посоветует? В Священном Писании говорится, что в совете обретается истина, в совете раскрывается мудрость. Человек советующийся, прибегающий ко мнению других, спрашивающий своих близких товарищей, имеющих опыт христианской жизни, – это тоже очень важно. Ведь и святые отцы придавали огромное значение дружбе.

Опыт духовничества в разных Церквях разный: духовником может быть не всегда человек, облеченный в священный сан. Допустим, в греческой традиции духовник – это не всегда священник, а опытный старец. Это одна из традиций. Я говорю о том, что твой собрат во Христе также может помочь советом. Ведь это очень важно – жить в церковной общине, общаться друг с другом, осознавать, что вы друг другу родственники во Христе.

Недаром мы все называемся братьями и сестрами...

– Совершенно верно. Смысл этого даже не только и не столько в том, что мы происходим от Адама и Евы, а более всего в том, что мы соединены во Христе одной кровью и одной плотью, являемся родственниками, братьями и сестрами по отношению друг к другу. Не товарищами, не многоуважаемыми господами, а братьями и сестрами. Мы объединены, поэтому и должны прибегать к совету братьев и сестер.

Что делать, если читаешь духовную литературу, какую-то духовную книгу и чувствуешь сопротивление, несогласие, некий внутренний протест? Это признак гордости или не всегда?

– Не всегда. Иногда это признак того, что ты не понимаешь то, о чем там говорится. В святоотеческой литературе есть такие слова и предложения, которые даются не очень просто. Их необходимо перечитать, с ними необходимо прожить, эту мысль необходимо подумать. То есть ты с этой мыслью через должен проходить какое-то время, должен задержаться в ней, может быть, поделиться с друзьями – что они по этому поводу тебе скажут. Что случилось такого, что эти строки так тебя задели? Может быть, даже какое-то недоверие возникло: так ли это на самом деле?

Когда, к примеру, говоришь человеку о покаянии, о деятельном изменении, в том числе и о возможности повлиять на то, что было тогда, в прошлом, для него иногда это становится откровением: как это возможно? Это возможно только для Бога. А поскольку Он дал Дары святости и благодати Церкви, мы в Церкви можем найти то уникальное, чего не найдем больше нигде.

Да, но бывают ситуации, что в книге может попасться какой-то совет или какое-то изречение, которое тебя смущает. Нужно ли к нему прислушиваться? Нужно ли продолжать читать эту книгу? Или можно просто отложить ее в сторону и не читать?

– Наверное, в разных случаях уместно и то, и другое. Нужно поработать с этим советом, то есть узнать побольше, что имел в виду автор, для кого это говорилось, в каком состоянии был этот человек. Ведь не всегда это подходит тебе, даже теоретически. К примеру, ты думаешь: «Я бы так не сделал, я бы так не поступил и с такой точки зрения на эту проблему не посмотрел бы». Но может пройти время, и ты можешь начать думать иначе.

Время и жизнь в перспективе своей раскрываются для нас с разных точек зрения. Иногда то, что говорят нам старшие собратья, святые отцы, – это, возможно, то, до чего мы еще не доросли. Например: говорят, что в этой конфете такой-то состав. А нам, чтобы это узнать, необходимо расчленить ее, посмотреть, что внутри, провести определенный анализ. Мы не можем знать – у них другой опыт.

Господь приоткрывает им некоторые вещи, поэтому отчасти необходимо доверие. Но нельзя сказать, что сомнение – это неправильный путь. Человек сомневающийся, но работающий с этим, не оставляет это просто так. Если засомневался и отложил все, больше не приступал к этому, такое можно воспринять как утверждение сомнения в этой мысли. Наверное, необходимо проработать эту вещь: в чем ты сомневаешься, что имел в виду святой отец? Поспрашивать, задать вопрос батюшке, есть возможность позвонить на телеканал «Союз» и задать свой вопрос священнику. Ведь это все – возможность узнать то, что тебе непонятно, чтобы тебе просто объяснили, если это применимо для ситуации вообще.

Можно ли читать литературу религиозного содержания авторов других вероисповеданий, к примеру, протестантскую, исламскую, буддийскую?

– Вопрос неоднозначный: и можно, и нельзя одновременно. Я бы разграничил этот вопрос принципом «кто будет читать». Если христианин, новоначальный или нет, будет читать эту литературу, она может его смутить. Ведь все, что мы читаем, какую информацию мы получаем, это навсегда остается с нами, хотим мы этого или нет. Это факт! Все остается в нашей голове и в душе. Наш Владыка Кирилл в одной из своих проповедей говорил о том, что человеку неполезно смотреть кадры боевых действий, потому что это наносит рану нашей душе.

Получение вообще любой информации и, в частности, информации о других вероисповеданиях, – это не всегда полезно. Это, конечно, позволительно, допустим, священнослужителю для того, чтобы провести различия с Православием, чтобы для себя самого обозначить какие-то вещи и уметь объяснить их своим прихожанам или людям другого вероисповедания. Если ты не знаком, к примеру, с протестантским вероучением, то сложно полемизировать. Как ты можешь вступать в элементарную полемику, если ты не знаком с основами той или иной религии? Поэтому в духовной академии или семинарии для тех, кто желает стать священнослужителем, преподают вероучительные основы других религий. Например, в Казанской духовной семинарии, я знаю, есть исламоведение, и они изучают ислам. В Московской духовной академии, когда я учился, именно такого предмета не было, но мы разбирали основы вероучения протестантского, католического направлений, потому что мы обязаны знать эти вещи.

Итак, для христиан, просто интересующихся, не всегда полезно это читать. А людям, которым это необходимо с точки зрения их служения, не просто можно, а иногда нужно знакомиться с этим для того, чтобы лучше понять свое учение. Ведь мы знаем, что наше учение формировалось путем апологетики – когда возникали какие-то нестроения в христианской среде и начинали учить иначе, Церковь говорила: «Ну нет, мы так не верим». Им задавали вопрос: «А как мы верим?» – «Давайте сформулируем», – собирался собор. Потом собор выводил соборное решение: …изволися бо Святому Духу и нам... Принятые соборные решения излагали по вероучительным основам и ересь отвергали. Формирование вероучения происходило именно таким путем – апологетическим – в ответ на какие-то неправильные вещи. Поэтому священнослужитель, которому поручено, в том числе, и заботиться о словесных последователях, словесных овцах, как говорит Священное Писание, как пастырь обязан знать эти вещи. Если возникают какие-то новые течения, желательно хотя бы кратко ознакомляться с тем, какие в них основные положения, к чему они призывают и что им можно противопоставить.

Бывает, что некоторые священники не благословляют читать ничего, кроме, например, святоотеческой литературы, Священного Писания и Священного Предания. Они благословляют читать только это, но не благословляют читать мировую классику. Как Вы прокомментировали бы это: правильно это или нет?

– Это неправильно, поскольку русская классика всегда выстраивается на христианской мысли. Это очень важно. Эта литература создана внутри православного христианского общества. В ней тем или иным образом прослеживаются христианские мотивы. Люди, которые писали эти произведения, всегда, с самого детства, обязательно были в храме, слышали проповеди, знали Священное Писание, читали псалмы. Это уникально! Но я сейчас говорю о золотом веке, – поправлюсь, чтобы не было ложного представления о том, что вся русская литература является таковой.

Вся общепризнанная классика имеет отношение к православному христианству. Это очень важно. Важно знание этой литературы. У нас в академии даже был такой предмет – литература. Мы имели возможность соприкоснуться с этими произведениями, действительно важными с точки зрения христианской мысли. Это очень важно и нужно, поскольку это позволяет говорить о Боге.

Допустим, священник может быть приглашен в школу, и темой для беседы он может избрать произведения классиков. В них есть христианские мотивы, и тогда о Христе говорить гораздо проще. И ребятам это понятнее. Чем ты просто будешь изъяснять притчу, расскажи об этом произведении с точки зрения христианской мысли, и ты ту же притчу для них сделаешь более усваиваемой. Она для них лучше раскроется. Они поймут, что это имеет влияние в жизни человека, что автор имел в виду не абстрактные вещи, а конкретную ситуацию, конкретных людей и конкретные мотивы, которые побуждали героя поступить тем или иным образом.

А как в современном потоке жизни найти время и силы на чтение духовных книг?

– Время нужно находить через понуждение самого себя. Если себя не понуждать, ничего никогда не получится.

Понуждать, но, наверное, не чересчур переламывать себя, чтобы не опротиветь себе?

– Это уже крайний случай, когда человек сам себе может в этом смысле навредить. Мы себя сильно любим, больше всего себя жалеем. Никого так не жалеешь, как самого себя. Конечно, во всем важна рассудительность и правильная оценка своих сил. Но усилие необходимо. Как говорит русская пословица, без труда не выловишь и рыбку из пруда. Без усилия ничего невозможно. Учение и обучение – это всегда некоторое понуждение. Человеку не хочется, а нужно это сделать, необходимо понудить себя.

Учитель в этом смысле тоже очень важен. Это человек со стороны, тот, кто оценивает – получается или нет. Он заставляет своих учеников учиться, и они становятся лучше, когда приобретают знания. Спектр возможностей их мышления расширяется. Категории, которыми они начинают обладать, больше, шире. Они больше классифицируют, больше знают, больше соотносят… Говоря другим языком, у них возникает больше нейронных связей в голове. То есть они соотносят одно с другим, могут мысленно перенести один объект и соединить его с другим, получить некоторый результат. Что произойдет, если перенести христианскую мораль в такую-то среду, в такую-то ситуацию? Что получится? Соотношение разных вещей – всему этому способствует образование и учение. А оно дается только через понуждение. Счастлив тот, кто научился самого себя понуждать.

Батюшка, может ли чтение духовной литературы заменить собой молитву?

– Нет.

Почему?

– Чтение вообще – это воспроизведение того, что написано. Молитва – это более сложное действие. Можно читать молитвы, но не молиться. Молитва – это обращение, это не просто чтение. Когда человек прочитал мысль, он может ее не сделать своей, не усвоить ее. А молитва – это когда ты свои мысли направляешь к Богу, открываешь их, делаешь просьбой. Молитва и чтение – это разные действия, причем молитва – более сложное.

А в чем сложность молитвы? Как правильно молиться?

– Со вниманием. Читать же можно без внимания. Человек механически прочел, воспроизвел все, что там есть, а сам мысленно находится совершенно не в этих строках, совершенно не в этом смысле. Молитва тем и отличается, что он сосредотачивает все свое внимание здесь, в этом прошении. Оно становится его переживанием.

То есть чтение каких-то определенных слов – это необязательно? Молитва же может и из души происходить...

– Важен опыт собственной молитвы человека, важны его переживания.

То есть, наряду с чтением молитвословий, нужно еще учиться произносить слова молитвы самому?

– Люди о чем-то молятся, у них есть собственные потребности. Они называют то, что просят, своими словами. Это очень важно проговаривать. Ведь Господь – Личность, и мы в своих молитвах имеем опыт общения с Ним. А когда происходит общение один на один, оно имеет свойство быть откровенным. Поэтому человек не просто может, а, наверное, должен открываться перед Богом, раскрывать перед Ним свою душу, давать Ему возможность участвовать в его жизни.

Батюшка, благодарим за Ваши ответы. Не могли бы Вы сказать несколько добрых, напутственных слов нашим телезрителям?

– Дай Господь нам всем мудрости и в чтении Священного Писания, и в чтении святоотеческой литературы. Дай нам, Господи, разум правильно понимать все написанное.

Божией помощи, дорогие! Прошу вас, не оставляйте «Союз» в своей помощи, обязательно участвуйте, поскольку от этого зависит деятельность такого важного телеканала.

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475