Протоиерей Максим Кравченко: Страшный Суд. Когда некому станет молиться...

Неделя о Страшном Суде... Почему Церковь напоминает нам о нем в преддверии Великого поста?

– Каждый год накануне Великого поста, установленного святыми апостолами, наша Церковь снова и снова напоминает нам о самом главном. Сегодня заговенье на мясо, накануне Масленицы, и Церковь вспоминает о Страшном Суде. Она не боится напоминать о нем, а, напротив, требует, чтобы мы хотя бы раз в году задумывались об этом.

В чем разница между личным судом после смерти и Страшным?

– Хороший вопрос, люди не любят о нем задумываться. Разница огромная. Все секты сулят вечное блаженство. Ты поверил и уже спасен. С православной точки зрения – нет. Будет Страшный Суд. Об этом не любят задумываться…

Вот личный суд: человек умер, прошло 40 дней, о нем молятся или нет, но в любом случае для него еще есть возможность спастись. А Страшный Суд потому и будет страшным, что будет окончательным. После него у человека уже не будет возможности что-то изменить.

Когда человек умер, за него можно молиться, его загробную участь еще можно изменить, после Страшного Суда будет окончательный приговор.

Православное Предание говорит нам о том, что конец света и Страшный Суд наступят именно тогда, когда на земле уже не будет места молитве, не останется людей, способных к покаянию, практически не останется молитвенников, не будет тех, ради кого эта земля, в принципе, еще должна будет существовать.

Помните, как было с Содомом и Гоморрой? Когда Господь пожег их огнем с Неба? Когда там не осталось праведников. Лот и его семья вышли последние, и тогда на эту грешную, обезумевшую землю обрушились огонь и сера с Неба. То же будет и с этой землей.

Страшный Суд наступит тогда, когда на этой земле некому станет о ком-то молиться. Это единственный критерий. Иногда люди спрашивают, когда наступит конец света. Ответ очень простой. Когда вы сами своими руками этот конец света приблизите. Пока люди молятся, еще как-то каются, как-то спасаются, еще как-то карабкаются к Небу, конец света не наступит. Как только таких людей не станет, будет Страшный Суд.

В воскресенье мы слышали в Евангельских чтениях образ «козлищ» и «овец». Он буквальный или символический?

– Спаситель ходил по земле с учениками и говорил им притчами и образами. Господь показывал людям понятные примеры: белое и черное, овцы и козлища. С одной стороны, приточный образ; с другой, до сих пор всем понятен. Что такое «козлище»? Оно косматое, вонючее, рогатое. А овечка мирная, с нее можно получить шерсть и молочко. То есть это минус и плюс.

На Страшном Суде Господь будет разделять людей по такому принципу: один злой, злобный, озлобленный, а другой терпеливый, кроткий, смиренный. Отсюда и козлища, и овцы. Даже детям понятны эти образы.

Как соотносятся милость Божия и справедливость на Суде?

– Знаете, что самое интересное? На Страшном Суде наступит абсолютная справедливость. То, о чем, например, мечтали коммунисты. Каждому воздастся по заслугам. Каждый получит то, что заслужил. Эту справедливость, совершенно недоступную в историческом течении и развитии общества, мы получим на Страшном Суде.

Есть разные изображения Страшного Суда. Я помню, когда был маленьким ребенком, зашел в трапезный храм Троице-Сергиевой лавры, и там есть изображение Страшного Суда. Я вдруг увидел человека, который, стоя спиной ко Христу и ангелам Его, буквально в ужасе рвет на себе волосы. Он осознал, что натворил. Вот так будет на Страшном Суде.

По Церковному Преданию, Суд не будет длиться тысячу лет. Господь не будет с каждым человеком разговаривать, что-то ему объяснять. Каждый воскреснет в своем теле и, взглянув на себя, поймет, чего достоин. Представьте, воскрес, например, преподобный Сергий Радонежский или какой-то из святых отцов Киево-Печерских, которые уже сейчас лежат нетленными мощами. Что такой увидит, взглянув на себя? Он увидит, что сияет, как солнце. По апостолу Павлу, праведники в Царстве Божием воссияют, как солнце. Или воскреснет, например, один австрийский художник, не будем называть его имя. И он тоже взглянет на себя, и все ему будет понятно. Понимаете? Страшный Суд на самом деле продлится несколько секунд. Каждый увидит, чего достоин. Ни у кого не будет никаких вопросов. Никто не станет говорить: «Господи, за что?» Все станет ясно в мгновение ока.

Сейчас мы еще можем что-то изменить. Молиться Богу, но при этом знать, что Суд абсолютно неотвратим. Христос в Евангелии не сказал, когда будет этот Суд, но сказал, что он будет. Об этом даже в Коране написано. Кстати, там написано, что судить людей на Страшном Суде будет именно Иисус Христос.

Это непременно будет. Это неизбежно. Именно поэтому из года в год Церковь напоминает нам об этом.

Когда мне было лет 12 (были 1990-е), один очень искренний человек возмущался тем, что происходит в стране, а потом говорит: «Но ведь им будет Страшный Суд». Понимаете? Тем, кто сейчас даже через силу делает добрые дела, этот Суд будет в благости. А тот, кто живет и надеется, что он что-то натворил и ему ничего за это не будет, пусть не надеется – Страшный Суд будет.

В чем отличие Православной Церкви от любых сект? Мы воспринимаем Страшный Суд не столько как возмездие, нас не будут радовать мучения грешников. Нет. Мы воспринимаем этот Суд как акт воплощения справедливости. И так его Православная Церковь воспринимала всегда. Поэтому живем, молимся, надеемся и творим друг другу добро.

Можно ли спастись только добрыми делами, без церковной жизни?

– Нельзя спастись только добрыми делами. Это какое-то добренькое сектантство… И детям надо это объяснять.

Есть Послание апостола Иакова. Его взял и выкинул основатель лютеранства Мартин Лютер. Потому что там написано, что вера без дел мертва. А он учил, что можно спастись только верой. Ты поверил и уже спасен. Так протестантизм и учит с тех пор, с XVI века, по Мартину Лютеру. Ты поверил, и если у тебя все идет хорошо, то Бог тебя благословил. Все прекрасно, можешь больше ни о чем не заботиться.

Православные говорят: «Нет». Есть замечательный греческий святитель Илия Минятий, который, обращаясь к своим слушателям, говорил: «Горе нам! Ад переполнен христианами!» Слышите? «Ад переполнен христианами!», – говорит православный святитель, проповедник, епископ, святой жизни человек. Почему? Он дальше развивает эту мысль. Потому что христиане вроде все крещеные, у каждого на груди крест, но они не делают многого, ненавидят друг друга, предают, изменяют и так далее.

В этом разница между православной религией и всяческими сектами, которые, ублажая своих слушателей, утешая их, ведут их в ад. А православный проповедник, святитель говорит: «Горе нам! Ад переполнен христианами». Опомнитесь, люди, что вы делаете? Вернее, так: что вы не делаете?.. Мало назваться христианином, надо еще делать что-то, жить как христианин, быть как христианин.

Нужно ли бояться Страшного Суда?

– Нет. Мы его ждем. Последняя Книга Нового Завета, Апокалипсис, Откровение, так и заканчивается: Свидетельствующий сие говорит: ей, гряду скоро! Аминь. Ей, гряди, Господи Иисусе! Ей, гряди, Господи Иисусе. Так говорит апостол и евангелист Иоанн Богослов, самый, наверное, святой из всех людей того времени. Господи, гряди скорее, мы устали здесь жить, устали находиться среди греха. Страшного Суда не надо бояться. К нему нужно быть хотя бы как-то готовым. О нем не нужно забывать.

Есть древнейшее святоотеческое, подвижническое, монашеское, молитвенное правило: «Помни последняя твоя – и вовек не согрешишь». То есть встал с утра, вспомни, что, может быть, этот день последний в твоей жизни. Как ты его проведешь? Помни свои последние минуты. И если ты будешь об этом помнить, то вовек не согрешишь. Вышел с подъезда, тебя кто-нибудь толкнул, но вместо того, чтобы разозлиться, ты подумаешь: «Господи, помилуй, может, я последний раз выхожу из этого подъезда». Пошел дальше. Заходишь в трамвай: «Господи, может быть, я последний раз еду в этом трамвае. Помоги мне и людям, окружающим меня, вразуми машиниста, помоги доктору, к которому я еду на прием». И так далее.

Помнить о Страшном Суде прекрасно. Это не означает постоянно быть в напряжении. Это постоянное чувство собранности, как у водителя на дороге. Это не тревожность, не психопатия, не напряженность даже, а просто трезвенность. В Православии это так называется.

Вопрос от телезрительницы: «Апостол Петр спросил: Так кто же может спастись? Иисус Христос ответил: Человекам это невозможно, Богу же все возможно. Будет Бог все во всем».

Как не впасть в отчаяние, размышляя о Суде?

– Мы не можем впасть в отчаяние. Господь заранее нас обо всем предупредил: Не бойся, малое стадо… Мы не можем унывать, потому что Господь нас обо всем предупредил. В мире скорбны будете – слова Спасителя. Не бойся, малое стадо – слова Спасителя. Мужайтесь; Я победил мир – слова Спасителя. Открываем Евангелие, там все сказано.

Один разумный человек подсчитал, какое словосочетание больше всего встречается в Священном Писании. И оказалось, что это «не бойся». Господь говорит нам: «не бойся». Как мы можем унывать? Если мы унываем, значит, у нас нет ума.

Как говорить детям о теме Суда без запугивания?

– А как обо всем остальном? Как говорить детям о горе, о боли, о смерти? Как детям говорить о старости, о труде? Точно так же. «Господь накажет тебя за твои негодные дела, но потом простит».

Есть замечательная притча, которую я очень люблю. Она не каноническая. В ней говорится о том, что когда уже осужденные грешники, понурив голову, повернутся и пойдут в ад, то встанет Матерь Божия, закроет часть из них руками и скажет: «Господи, Ты поручил Мне род земной, Я за них ходатайствую». И даже из этих уже осужденных грешников Господь часть простит. Такая притча. Так что не будем терять надежды до последнего.

Конечно, мы должны объяснять детям, что есть ангел-хранитель, есть понятие греха, есть понятие покаяния... Но если мы им однажды расскажем и эту притчу, такую, может быть, полусказочную, то однажды им в жизни это поможет обратиться к Матери Божией и сказать: «Пресвятая Богородица, в детстве я слышал, что Ты способна спасти и уже осужденных грешников. Заступись за меня, Матерь Божия».

Как научиться в ближних видеть Христа?

– Это непросто, это очень тяжело. Для этого надо стать святым. Но мы можем понять как, если вспомним таких святых нашего времени, как преподобный Гавриил (Ургебадзе), отец Иоанн (Крестьянкин), архимандрит Павел (Груздев) и многих-многих других. Они видели в ближнем Христа. Не в каждом. Некоторых они обличали, не позволяли даже приближаться к себе, но в остальных видели Христа. Серафим Саровский каждого встречал словами: «Радость моя, Христос Воскресе». К нему, например, приходили старообрядцы, спрашивали, как молиться, двумя перстами или тремя. Он показывал. Он к каждому относился с любовью. Мы так не можем. Не умеем. Это не наш уровень. Но мы имеем образец для подражания.

Я помню, как моему дяде один Владыка сказал: «Мы-то с тобой хотя бы видели святых при жизни. А эти молодые, которые идут нам на смену, святых не видели». Эта преемственность есть в Церкви, и она всегда поддерживала людей, укрепляла. Люди, сидевшие в лагерях, видели других святых, сидевших в лагерях. Мой отец видел нескольких святых. И я, слушая его рассказы, глядя на фотографии тех, о ком он рассказывал, тоже как бы видел их. И теперь я рассказываю о них своим детям. Святые есть. Святость из Церкви никуда не исчезнет. И будут другие святые. Они тоже никуда не денутся. Они непременно будут. Потому что Церковь Православная тем и отличается от сект, что она, как дерево, дает побеги и плоды, дает новых и новых святых. Об этом обязательно надо рассказывать нашим детям.

Великий пост – главное время года. Даже многие неверующие начинают соблюдать пост. У каждого разные цели. Но какая главная цель Великого поста? На что нужно обратить вниманием тем, кто желает и планирует этот пост вынести?

– Я бы всех попросил Великим постом начать читать духовную литературу. Мы упоминали старца Иоанна (Крестьянкина). Откройте, почитайте. Мы упоминали архимандрита Павла (Груздева). Прочитайте его жизнеописание. Святителя Феофана Затворника. Старца Паисия Святогорца. Жизнеописание Силуана Афонского.

Дело ведь не в том, едим мы морковку или что-то еще. Для души это не спасительно. Великий пост – это не вегетарианство. Великий пост – это прежде всего о духовном, о главном, о вечном. Поэтому давайте научимся читать духовную литературу. Сейчас удивительное время, когда все можно найти в интернете.

Сколько лет наш замечательный профессор Московской духовной академии Алексей Ильич Осипов постоянно напоминает о том, что есть игумен Никон (Воробьев)… Давайте прочитаем письма игумена его духовным чадам. Как вариант. И уже получится, что в этом году мы приобрели неоценимый духовный опыт и к Пасхе пришли уже в размышлениях о чем-то серьезном.

В XIX веке сколько было издано прекрасных книг... Всем известен Николай Васильевич Гоголь. У него есть замечательная книжка «Размышления о Божественной литургии»…

Хотел бы еще раз сказать, почему этот Суд страшный. С отпетыми преступниками все ясно. С абсолютно праведными людьми тоже все понятно. А чем для нас этот Суд страшный? Мы, простые люди, живем, ничего не делаем плохого. Как все. Суд будет страшен своей непредсказуемостью. Как сказал один святой отец: один суд человеческий, другой – Божий. С точки зрения меня как человека, вроде у меня все нормально. Я никаких гадостей не делал. А с точки зрения Бога, я могу оказаться негодяем, потому что мои дела могут иметь такие последствия, о которых я, бедный, грешный, несчастный, и не задумывался, и не подозревал…

Чем страшен этот Суд? Тем, что он окончательный, бесповоротный. И пока есть время, давайте будем и поститься, и молиться, и каяться.

Как правильно подготовиться к Великому посту, чтобы он был цельным и принес свои плоды?

– Как подготовиться, нам подсказывает Святая Церковь. Казалось бы, широкая Масленица, блины, веселье, снежные городки, разгул. Нет. В Церкви уже звучат покаянные молитвы. Церковь никому не запрещает веселиться, но призывает при этом помнить, что делу время, а потехе час.

Впереди Великий пост, который всех просит собраться, консолидироваться. Есть такая поговорка: «Великий пост всем прижмет хвост». Она давняя. Ее записал Владимир Даль в своих собраниях пословиц и поговорок. Это народная мудрость наших ушедших поколений, дедов и прадедов. О чем эта поговорка? Сядем, подумаем.

Как подготовиться? Надо начинать читать духовную литературу. Хотя бы раз в год. В году 365 дней, и если взять десятую часть от этого, то получится 36 дней. Древняя заповедь о десятине. Вот так она и соблюдается. Посвятим эти дни духовному размышлению, чтению и делам милосердия.

Как сочетать пост с работой и семейными обязанностями?

– По возможности. Если я пощусь, не означает, что надо уйти в чулан и закрыться на 40 дней. Нет, ты не монах. Даже монахам это не благословляется. Все надо делать по благословению. Если в пост вся семья постится, это прекрасно. Мы немножко больше молимся. Мы немножко меньше смотрим телевизор. Мы больше ходим в храм. Всей семьей съездим на экскурсию в какой-то монастырь.

Дети должны с младенчества, с детства видеть, что Великий пост – это что-то светлое, радостное, духовное, то, что они запомнят на всю жизнь. Дело не в строгости. И дело не в том, что мы будем теперь есть картошку без масла, а в том, что это особенное время, когда мы куда-то поехали, что-то увидели, услышали, лишний раз сходили на службу.

Как не превратить пост в формальность?

– Все можно превратить в формальность. У нас со временем и коммунизм превратился в формальность. И смотрите, к чему это привело. Точно так же и Православие, и духовность можно превратить в формальность.

А что важнее: строгость поста или постоянство? То есть можно начать строго поститься, но продержаться неделю-две, а потом пуститься во все тяжкие. Или все-таки лучше все в меру, но постоянно и достойно встретить Светлую Пасху?

– Если ребенок маленький, он, конечно, может прожить без мяса 40 дней. Но пока он маленький, можно давать молоко? Можно. Потом он подрос, ему уже лет семь, может он без молока обойтись? Может. Тем более он видит, что родители обходятся и без мяса, и без молока. Тут не строгость, а личный пример.

И это всего лишь 40 дней. Сварите суп с зеленью, с молодой крапивой. Мне мама варила, я уплетал его за обе щеки и был счастлив. Я знал, что скоро Пасха, и жил этим предвкушением.

Как бороться с раздражением и унынием во время поста?

– С этим надо бороться и не во время поста. А всегда, круглый год, каждую минуту. Как бороться? «Господи, помоги, спаси, заступи, помилуй». С характером бороться – это одно из призваний, одна из задач православного христианина. Каждый борется со своим характером. Один с ленью, другой со вспыльчивостью, третий с жадностью, четвертый с расточительностью. Каждый борется, потом приносит этот плод Богу.

Вопрос от телезрителя Евгения: «Нужно ли брать благословение на меру поста?»

– Пост общий для всех. Если на послабление, то да.

Вопрос от телезрителя: «Что делать, если нет настроения на духовную жизнь?»

– А его никогда не будет. Святитель Феофан Затворник пишет, как надо молиться. Он говорит, что нужно заставлять себя. Точно так же нужно заставлять себя поститься. Если мы будем ждать какого-то особого настроения, оно никогда не наступит.

Где проходит граница между радостью и излишеством?

– Не знаю. Все хорошо в меру. Есть понятие: золотая середина.

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475