Митрополит Казанский и Татарстанский Кирилл: Будем благодарить Бога за все!

Окончание. Начало в №34 2026 г.

Мне в этом году довелось записать интервью с епископом Севастийским Феодосием (в миру – Аталла Ханна). На интервью он был в панагии, которую Вы подарили.

– Он настоящий борец за Святое Православие.

Вообще, там все борцы за Христа, и чем дальше, тем сложнее им приходится.

– Жизнь везде осложняется. Человечество так или иначе идет к своему концу. Поэтому апокалипсические моменты дают о себе знать. Но все в руках Божиих.

На самом деле христианину в этом мире вообще непросто жить. Христиане противоречат этому миру. Для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие (1 Кор. 1:23). Такова наша христианская жизнь. Поэтому в нашем понимании так и должно быть. Это ненормально, когда у нас все хорошо. Мы, к сожалению, сейчас стали слишком рафинированные. А еще совсем недавно для того, чтобы быть христианином в этой жизни, надо было бороться.

Спросите у своих родителей, бабушек и дедушек, если они еще живы, как они на Пасху или просто в воскресенье пробирались на службу. Что ни праздник – обязательно какой-нибудь субботник. Если на работе знают, что будет праздник, обязательно назначат какое-нибудь дежурство. Если ты христианин, тебя обязательно заставят дежурить. Это же было совсем недавно. То, что мы сейчас имеем, – не наша заслуга. Это выстрадали те поколения людей, которые молились тихо, скромно, но свою веру содержали в чистоте.

Но христианин все равно противоречит миру. Мир хочет комфорта, удовольствий, меньше делать, больше получать. А христианин говорит: так нельзя, надо работать над собой. Люди этого не понимают. Мы-то живем в литургическом состоянии: у нас дни от праздника до праздника распределены настолько, насколько позволяет церковный календарь. А люди живут как бы в своем измерении. Мы тоже боремся – может, не так резко и открыто, как в Палестине, на Святой Земле. Но у нас тоже есть сложности.

Как раз поговорим о человеке, который прожил тот период максимально достойно. Начнем с небольшого отступления. Я 7 июня заказывала сорокоуст в Храме-на-Крови. Мне выдали бумажку, что будут читать с 8 июня по 17 июля. И тут я понимаю: 8 июня – день упокоения архиепископа Мелхиседека (Лебедева). Царствие ему Небесное!

Я помню, как в 2016 году мы с коллегами, когда вели ночные прямые эфиры с Божественной литургии, с Царского крестного хода от Храма-на-Крови до Ганиной ямы, прямо подчеркивали этот факт: сегодня 40 дней Владыки Мелхиседека. И насколько промыслительно, что 40-й день у него был

17 июля. Ведь это человек, много сделавший для прославления Государя и его Семьи в лике святых, им послуживший: именно он закладывал Храм-на-Крови. Это было героическое деяние. У него же было только разрешение на установку памятного знака, а он собрал нескольких архиереев и заложил храм. И первым прославил Царскую Семью как местночтимых святых.

– Я даже не задумывался по этому поводу. Старец был Божий человек.

Вы знали его лично?

– Конечно. Жизнь его сильно побила, если так можно выразиться. У него была очень непростая жизнь. Он был священником из семейных. Дружил с моим Владыкой Серапионом, поэтому я его и знаю. Они дружили еще со студенческой поры, учились вместе.

У Владыки, когда он еще был архиепископом Владимирским и Суздальским, было одно любимое место в селе Пятница, где он ныне упокоен. Это было место упокоения святого праведного отца Петра Чельцова, который там прослужил 29 лет. Мы знали об этом, но он еще не был канонизирован. Владыка очень часто туда приезжал. Они с Владыкой Мелхиседеком договорились там встретиться. Отец Петр Чельцов, который там погребен и в 2000 году был прославлен в лике святых как исповедник, потому что много пострадал в известные времена, оказался духовным отцом Владыки Мелхиседека. Отца Петра любил Святейший Патриарх Тихон, давал ему крест с украшениями.

Владыки решили там встретиться. И мой сказал: сейчас Владыка приедет, встречай его. Я еще был иподиаконом. Пошел встречать. Жду черную «Волгу» – естественно, архиерейская машина должна приехать. Не едет и не едет. Приехали «Жигули», вышел какой-то батюшка, пробежал мимо с кем-то еще. Ну ладно, сижу, жду. За мной посылают: что ты не идешь? Владыка тебя зовет, они уже чай пьют. Я говорю: «Я еще встречаю». – «Так он уже приехал».

Для меня на тот период было открытием, что, оказывается, Владыка может приехать запросто на «Жигулях», без панагии, в подряснике. Я и так не очень хорошо вижу, все равно его не разглядел. Так я с ним тогда познакомился. Это была первая встреча, в начале 80-х.

Удивительно, что он выбрал путь священства, несмотря ни на что. У них в семье было 11 детей, половина умерла от голода, потому что родители не вступали в колхоз, соответственно, были лишены всего. Храм, в котором тогда еще Василий Лебедев был и алтарником, и чтецом, находился за несколько километров. Когда ему было 10 лет, батюшку арестовали, храм закрыли. И все равно, чтобы выбрать путь служения Церкви, живя во всем этом, надо быть Христовым человеком.

– Он не одинок в этом, почти все то поколение именно таким и было. Никто не пришел и не стал архимандритом просто так. Все прошли путь больших испытаний, о чем я и говорю: оставаться христианином было, мягко выражаясь, непросто.

Вы вспомнили про его подвиг по отношению к Царской Семье. Когда я уже был в Екатеринбурге, мне люди рассказывали про крестные ходы на Ганину яму, которые он возглавил. Тогда не было никаких дорог, даже тропок еще не было, а они пошли. Говорят, когда у него болели ноги, он снимал обувь и шел босиком. Удивительно.

Вы помните в Екатеринбурге памятник Георгию Константиновичу Жукову? Вы к нему всегда возлагали цветы. Автор памятника, Константин Васильевич Грюнберг, рассказывал мне, как родилась сама идея. Ему нужно было найти образ, и он пошел его искать к Владыке Мелхиседеку. Дождался приема уже ночью. Владыка с ним поговорил, и они нашли образ – Георгий Победоносец. Поэтому наш Жуков такой мощный, на коне.

– Да, и еще у него в основании два Георгиевских креста, Константин Васильевич не убрал их. Там четыре «Звезды» Героя и Георгиевские кресты. Все привыкли, что он герой. А о том, что он еще дважды награжден Георгиевским крестом в Первую мировую войну (он был унтер-офицером), не упоминают. Это тоже показатель связи времен.

Я еще помню рассказы Грюнберга о том, как выбирали образ из нескольких версий. И Мария Георгиевна Жукова, и внук Георгия Константиновича – его тезка Егор, и водитель Жукова, который на тот момент был жив и тоже приехал в Екатеринбург, – все указали именно на этого Георгия на коне.

– Я таких деталей не знаю, но памятник очень удачный.

Так что и в этом тоже есть заслуга Владыки Мелхиседека.

– Слава Богу! Господь нас любит. Он дает нам знаки: иногда щелкнет по носу, но всегда и по головке погладит. Поэтому надо просто доверять Богу и стараться жить правильно. Будешь стараться – Бог обязательно даст какую-то поддержку.

Мне кажется, наступил такой период (многое поменялось за несколько лет), когда даст ти Господь по сердцу твоему (Пс. 19:5) как-то очень быстро и явно. А вот что у тебя в сердце – это уже важный вопрос…

– Да, время очень быстро идет. Прошло всего пять лет с ковидных времен. А кажется: когда это было? было ли вообще? Время очень стремительное, и нужно пытаться не улететь куда-то в этом вихре, как-то устоять...

Мы получаем, например, мощи святителя Спиридона, чтобы мы постояли перед ними, подумали. Для нас это утешение, радость и надежда на то, что Бог с нами. К тебе протянута рука святителя Спиридона – возьми, держись.

В этом году у Вас был юбилей?

– Нет, не было. Юбилей был 15 лет назад.

Как ощущаются 65 лет?

– Никак. Конечно, болячки дают о себе знать, но таков человек. Я смотрю на всех вас – я со всеми вами ровесник. Потом только начинаешь понимать, что надо остепениться, потому что ты не ровесник, а намного старше. Доживете – увидите, прочувствуете. Все хорошо, слава Богу. Тот же старец Паисий скончался в возрасте 70 лет. А энергия у него была абсолютно молодого человека. Даже по фильму видно: когда он уже взрослеет, он все равно такой же живой, энергичный, каким был в начале своего жизненного пути. И его жизненные ощущения такие же, потому что монах всегда благодушен.

Один из героев, Сатириос, задает вопрос, который возникает и у меня в самом конце фильма: «Ты такой верный раб Божий. Почему не можешь попросить у Бога, чтобы тебе избежать этих страданий?» И когда отец Паисий в конце так сильно страдает от онкологических болей, еще и отказывается принимать обезболивающие препараты, то возникает вопрос: «Господи, зачем? Неужели он и без того не уготовил себя к Царству Небесному, что надо было ему посылать еще эти страдания?»

– Есть предположение, что он сам попросил себе у Бога эту болезнь.

«Ты у них забери, а мне отдай: пусть я страдаю». Честный договор.

– Человек должен пройти все от и до. И Христос прошел: будучи абсолютно невинным, страдал на Кресте за всех нас. Что нам говорить про это? Старец Амвросий сколько лежал! Блаженная Матрона, с человеческой точки зрения, вообще полный инвалид. Мы найдем массу примеров, способных показать нам святых людей, которые реально страдали всю жизнь, болели. Например, у Иоанна Златоуста всю жизнь болел желудок.

Это помимо всего, что ему довелось испытать.

– Одно из обвинений к нему было таким, что он сразу после Литургии начинает что-то жевать (какую-то пастилу). Какие тогда были средства? Четвертый век, начало пятого: какие там лекарства? Что есть, то есть.

Надо стараться вести здоровый образ жизни духовно и телесно. Бог есть любовь (1 Ин. 4:8). Это то, что мы знаем. Пребывающий в любви пребывает в Боге (1 Ин. 4:16). Тот, кто изгоняет из своего сердца ненависть, злобу, раздражение, обиды, – просто счастливый человек. Он воспринимает этот мир с любовью. Все, что мы изгадили за это время, – уже от нас, а не от Творца.

Можно любоваться тем, что у нас есть сегодня, и жить, находя для себя в каждом дне какое-то утешение. Сегодня мы находим утешение в Успенском посте, празднике Преображения, мощах святителя Спиридона, в Успении Божией Матери. Что нам надо как верующим людям? Мы живем и благодарим Бога.

Стало сложнее жить. Над нами летают беспилотники, постоянно гибнут люди, мы кого-то хороним. Это беда и сложность. Но мы же и не молимся, чтобы это прекратилось, если уж на то пошло. Где-то читают молитву, а где-то нет. И я даже не о конкретной молитве говорю. Если бы мы все, кто нас окружает, – реально стали молиться, просто просить: «Господи, дай нам мир, пошли нам прекращение этого кровопролития», – думаете, Бог не услышал бы? Услышал.

У нас же все мимоходом: чуть-чуть почитали молитвы, и на этом все. А ведь молитва – это другое состояние. У каждого из нас должен быть вопль души, чтобы мы все возопили к Богу. Представляете, сколько людей страдает сейчас... А мы молимся через одного, иногда, по чуть-чуть. Уже привыкли к этому, возникает какая-то апатия. Но от этого не становится меньше горя. Поэтому должно быть, с одной стороны, ощущение общности нашей задачи перед Богом, чтобы народ не читал молитву, а молился. С другой стороны, благодарность Богу за то, что Он еще дает нам шанс на исправление и возможность что-то изменить в лучшую сторону.

Будем благодарить Бога за все, думать о том, что если бы мы реально захотели, то вымолили бы у Бога мир, который нам так нужен сегодня. Чтобы кровопролитие прекратилось, наши дети не погибали и у нас было будущее. Дай Бог здоровья, терпения и ощущения радости от каждого прожитого дня.

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475