Протоиерей Евгений Попиченко: Молитва Небо приближает к земле!

Как-то ученики Христовы попросили своего Учителя: «Научи нас молиться». Иногда бывает, что человек приходит в храм с какой-то болью и спрашивает священника: «Батюшка, а какую мне молитву читать? У меня проблема». Я предполагаю: человек ожидает, что батюшка достанет старинный текст, написанный на пергаменте, и там будет какая-то специальная молитва… На самом деле такая молитва, конечно же, есть, и в храмах ее произносят чаще всего. Эту молитву все знают, она состоит из двух слов: Господи, помилуй. Если внимательно почитать Евангелие, очень часто именно эта молитва разрешает самые сложные жизненные ситуации. Например: помилуй меня, Господи, сын Давидов, дочь моя жестоко беснуется (Мф. 15:22). Женщина-хананеянка произносит краткую молитву и потом объясняет Богу свою нужду.

Дело не в тексте, дело в сердце. С верой ли человек обращается к Богу? Эту молитву мы произносим в храме иногда по двенадцать, иногда по сорок, иногда по пятьдесят раз. И всегда болезненно воспринимаешь, когда где-то (в своем храме я это пресекаю) тот, кому вверено читать святые тексты (чтец или кто-то из клирошан) вообще не понимает, что он читает. Такое ощущение, что ему нужно как можно быстрее прочитать молитву эти сорок раз. Но ведь это та молитва, которая Небо приближает к земле! С этой молитвой в жизни человека может случиться любая перемена.

Приход в мир Иисуса Христа радикально изменил наши отношения с Богом. Ветхий Завет – это дистанция, уважение, почет, это какие-то обряды, которые требовали выражения почтения, благоговения. И правильно: человека нужно воспитывать. А в Новом Завете Бог стал Человеком. Он пришел к нам, Он приблизился. Иоанн Богослов говорит: «О том, что мы видели, о том, что осязали руки наши, – о Слове Жизни мое повествование» (ср.: 1 Ин. 1:3).

«Отче наш!» К Богу мы можем обращаться с такой молитвой при одном условии: если у нас со Христом выстроятся семейные отношения. Сын Единородный, Которого явил Отец, – единственный. А остальные могут стать детьми через усыновление. Это особое действие роднит человека (лучшее, высшее творение во Вселенной) с Богом через рождение в Иисуса Христа (мы называем это Крещением), через Причастие (когда мы становимся единокровными Христу). Этими священнодействиями мы входим в семейные отношения с Богом: Он нас усыновляет. Это важно понимать.

Конечно, Бог всех хочет видеть в Своей семье. Он действительно хочет пригласить всех нас в Свое Небесное Царство. Он об этом и говорит: Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас (Мф. 11:28). Но далеко не каждый хочет быть усыновленным Богом. И это выбор человека, это наша страшная свобода, когда можно выбрать жизнь вне семьи Божией. Это нужно осознать и сделать правильный выбор.

Хочется всем пожелать крепкой веры в Промысл Божий. Веры в то, что волос с головы человека не падает без Божественного Промысла, что в нашей жизни и встречи, и сложности, и трудности происходят по Промыслу Божию.

Недавно впервые мои церковнослужители услышали, как я ругаюсь. Это было для них шоком. Один батюшка подошел и говорит: «Я Вас таким еще никогда не видел». Дело было в следующем. Страстная Пятница; служба с выносом Плащаницы. В службе есть трогательный момент, когда Плащаницу выносят, укладывают на столик, и в это время начинает читаться канон «На плач Пресвятой Богородицы». Обычно я его читаю с кем-то из священников. Конечно, это символы. Но в Церкви раздвигаются время и пространство, и мы в текстах, в смыслах проживаем: мертвое тело Христа лежит, обвитое Плащаницей. Богородица вопиет: «Сыне Мой! Для чего Ты Меня оставил? Я разрываюсь, Я хочу умереть здесь. Прими Мой дух в Твои руки».

Мы читаем тропарь за тропарем, народ подходит, прикладывается к Плащанице, выражая любовь и скорбь об этом событии. В это время из алтаря выходит группа алтарников. Они приподнимают Плащаницу, вытаскивают из-под нее носилки, на которых она переносится, и уносят их в алтарь. Я потерял дар речи. Для меня это – какое-то безобразие: это абсолютное бесчувствие к тому, что происходит. Как если бы мы пришли в дом, где лежит покойник, а родные о нем плачут. И тут приходит бригада каких-то мастеров и начинает подбивать, украшать гроб… Какая-то несуразность. Я как-то сдержал себя: канон надо дочитать. Но, войдя в алтарь (пусть Господь меня простит), я был в настоящем негодовании от происшедшего. «Вы вообще понимаете, что произошло? Как это могло произойти?» – «Нам батюшка сказал, что надо так сделать». В общем, все получили поклоны и тут же вчетвером (во главе с этим батюшкой) пошли их делать перед Плащаницей. А народ стоит в недоумении: положено ведь три поклона, а тут кланяются, кланяются...

Надеюсь, что никто, кроме меня, этой несуразности с Плащаницей не понял, но мне было очень обидно за эту ситуацию. Обидно за своих сотрудников. Ты же как тренер. Пережив такой момент, я в какой-то части понял, как тяжело бывает работать тренеру олимпийского спортсмена. Тот четыре года тренируется, собирает все силы, весь опыт – а потом сходит с дистанции за пять метров до финиша…

Слава Богу, что есть покаяние. Слава Богу, что есть возможность выразить свои чувства. Надеюсь, они это правильно восприняли, не обижаясь. Думаю, они на всю жизнь запомнили этот урок и больше никогда не будут так себя вести. Иногда нужен праведный гнев.

Помогай нам всем Господь!

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»:
https://tv-soyuz.ru/Blagaya-chast/27-04-2026;
https://tv-soyuz.ru/Blagaya-chast/30-04-2026

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475