Епископ Каскеленский Геннадий: День православной книги. Православие и светская литература

В 2009 году в Русской Православной Церкви был установлен новый праздник – День православной книги. Его отмечают ежегодно 14 марта, это день издания в Москве первой печатной книги. В этот день в 1564 году сотрудники первой типографии Московского печатного двора на Никольской улице под руководством диакона Иоанна Федорова издали часть Нового Завета – книгу Апостол, то есть сборник употребляемых за богослужениями апостольских посланий. Справедливости ради нужно отметить, что Апостол не был первой печатной книгой на церковнославянском языке. Почти на полвека раньше текст Псалтири в Праге издал великий белорусский просветитель Франциск Скорина.

А вообще книгопечатание можно назвать величайшим изобретением в истории человечества. Оно привело к созданию единого печатного языка для каждого отдельного народа, тем самым сформировало главный аспект национального самосознания, что, в свою очередь, подтолкнуло к созданию национальных государств в Европе, пришедших на смену единой Римской Империи. Книга Апостол, изданная Иваном Федоровым, была напечатана в 2000 экземпляров, до наших дней дошло порядка 60.

День православной книги – это не только повод вспомнить историю распространения книжного просвещения, но и желание поднять значимость чтения сегодня, привлечь внимание к хорошей, содержательной книге. Речь идет не только о сугубо церковных книгах, Священном Писании, богословской и церковно-исторической литературе, но прежде всего о художественной литературе.

Во всем мире признано, что классическая русская художественная литература имеет глубокие христианские корни. Выдающийся немецкий писатель Томас Манн устами своего героя сказал: «Достойная преклонения русская литература и есть та самая святая литература». Действительно, она отражает основные христианские идеи, в ней воплощены образы истинных христианских подвижников. Одна из главных ее тем – жертвенные страдания человека и очищение через страдания. «Поэт в России – больше, чем поэт», напишет Евгений Евтушенко в 1988 году. Это верно сказано. Задачи, которые ставили перед собой Пушкин и Гоголь, Достоевский, Толстой и Булгаков далеко выходили за пределы литературного творчества. Литераторы были властителями дум общества, многие стремились привести читателя ко Христу, переустроить общество на началах Евангельской правды. В темное безбожное советское время, когда в стране было невозможно достать Новый Завет, когда никакие богословские произведения не печатались, а за распространение работ русских философов сажали в тюрьму, что-то узнать о религии можно было только из отечественной классики. Впрочем, кощунственная рука безбожной цензуры нередко вымарывала и классику.

Салтыков-Щедрин как-то иронизировал, что русская литература возникла по недосмотру начальства. В советское время любая литература могла существовать только по непосредственному распоряжению начальства. Знал бы Щедрин, как советские цензоры обойдутся с его произведениями. Например, в его романе «Господа Головлевы» был изъят финал. Эта непростая, тяжелая книга завершается рассказом о пятнице Страстной седмицы, когда пробуждается одичалая совесть, наступает покаяние в жизни главного героя Иудушки Головлева. А оно наступает при слушании Евангелия о страданиях Христа Спасителя. Цитирую: «Порфирий Владимирыч, с не меньшею аккуратностью, с молодых ногтей чтил „святые дни”, но чтил исключительно с обрядной стороны… И только теперь, когда Аннинька разбудила в нем сознание „умертвий”, он понял впервые, что в этом сказании идет речь о какой-то неслыханной неправде, совершившей кровавый суд над Истиной…

„Всех простил! – вслух говорил он сам с собою, – не только тех, которые тогда напоили его оцтом с желчью, но и тех, которые и после, вот теперь, и впредь, во веки веков будут подносить к его губам оцет, смешанный с желчью...”».

Наконец, этот страшный грешник Иудушка Головлев умирает в покаянии по пути на кладбище к могиле матери.

Тогда вовсе не издавались религиозные сочинения Гоголя и Толстого. Конечно, был запрещен «Доктор Живаго» Бориса Пастернака с его великолепным стихотворным приложением. Подумать только, стихотворение «Рождественская звезда» (а это лучшее духовное стихотворение во всей русской поэзии) читатель узнал только в 1988 году.

Наверное, самыми значимыми книгами на пути религиозных исканий советской интеллигенции, находящимися в открытом доступе, были романы Достоевского, особенно «Братья Карамазовы». Их ценность состоит в глубине постижения человеческой души. Достоевский мог просто убедить любого читателя в том, что личность человека не сводится к сумме влияний на него со стороны. Каждая личность – это огромный, таинственный, сложный, противоречивый мир, доступный, прежде всего, влиянию изнутри, влиянию Бога и дьявола. И на самом деле главное содержание его романов – это борьба дьявола с Богом за душу человека. При чтении Достоевского становится очевидным, что только Бог дает человеческой личности подлинную жизнь. Без Бога все, всякая нравственность, всякий порядок семейный, общественный, государственный теряет опору, повисает в воздухе, с треском разрушается.

Американский писатель XX века Джек Керуак скажет, что для него Достоевский – посланник Христа и проповедник современного Евангелия.

Сегодня наступили совсем другие времена, нам доступна любая литература, и возникает опасность иного рода: как не потеряться среди огромного количества художественных произведений, как выбрать верное направление, путеводную звезду в море художественных произведений.

В Русской Православной Церкви большую и важную работу сегодня проводит Издательский совет, в котором дается благословение на публикацию новых произведений, проводятся конкурсы, вручаются премии. С 2009 года вручается Патриаршая литературная премия имени святых равноапостольных Кирилла и Мефодия. Я бы хотел рассказать об одном из лауреатов премии 2014 года. Это один из самых светлых людей, каких мне доводилось встречать на жизненном пути.

Замечательный писатель Валентин Яковлевич Курбатов родился незадолго до войны в Симбирской глубинке. После службы во флоте в 1962-м случайно приехал в Псков. Сослуживец просто попросил его присмотреть за своей бабушкой, которая осталась в Пскове одна. И Псков стал его новой родиной почти на 60 лет.

Курбатов был не просто талантливым писателем, автором потрясающих воспоминаний, очерков о жизни и творчестве своих выдающихся современников и друзей – Валентина Распутина, Виктора Астафьева, директора Пушкинского заповедника Семена Гейченко, композитора Валерия Гаврилина и многих других. Он был страстным проповедником литературы. Было невозможно не восхищаться его быстрой, живой, образной речью, которая лилась как стремительный водный поток, блистающий на солнце яркими цветами радуги. В день он прочитывал огромное количество книг, всегда с радостью принимал участие в работе конкурсных жюри и комиссий. Если какая-то книга ему нравилась, он умел так увлекательно о ней рассказать, что у любого собеседника немедленно возникало желание ее прочесть.

Курбатов был глубоким христианином. В темные советские времена он спасал от закрытия и разорения старинные псковские храмы. Когда эпоха поменялась, – принялся их активно возрождать. Он очень любил людей, откликался на всякое проявление таланта. Курбатову принадлежит множество ценных мыслей, которые очень точно рисуют современную культуру. Он переживал: «Сегодня мы стали однодневные, так стремительны, будто у нас нет позади истории, и впереди ее тоже нет. Мы живем только одним днем и кратким, плоским мгновением, как фотография со вспышкой».

Незадолго до своего ухода Валентин Яковлевич писал: «Когда вглядываешься в других людей – видишь зеркало. Понимаешь, что вот этот – я, и вот этот я, и этот тоже. И это неисчерпаемое „я” и есть сегодняшнее пребывание, в котором хочется напоследок выразить оставшиеся мгновения жизни».

Он умер в марте 2021 года сразу после церковной службы в родительскую субботу, когда возвращался домой с букетом цветов для любимой супруги.

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475