Митрополит Томский и Асиновский Ростислав: О жертвах и жертвователях

Владыка, я как-то слушал проповедь отца Андрея Ткачева, где он говорил, что в Ветхом Завете священник ходил чуть ли не по локоть в крови. Для чего вообще в Ветхом Завете существовали жертвоприношения? Очевидно же, что Богу это не нужно.

– Господь, по учению Церкви, – вседовольное существо, Личность, то есть Тот, Кто Сам является Источником блага для всего остального и не нуждается ни в ком и ни в чем. Господь в Евангелии дает нам некоторые предписания, казалось бы, чего-то требуя. Но Он требует не потому, что это нужно Ему, а потому, что это нужно нам.

Действительно, в Ветхом Завете описываются Божественные постановления и заповеди относительно ветхозаветного богослужения, неотъемлемая часть которого была связана с жертвоприношениями. До установления публичного богослужения это были частные жертвоприношения. В них участвовали ветхозаветные праведники Ной и Авраам. И даже дети первых людей Адама и Евы – Каин и Авель, которых мы впервые встречаем в Библии в связи с принесением ими жертвы Богу. Господь установил жертвоприношение, но прежде всего это было нужно людям.

Ветхозаветные жертвоприношения имели двоякий смысл (они были установлены Богом уже после грехопадения человека). Господь знал, что вырвать его из греха не способна ни одна сила в мире – только Сам Господь. Когда Господь творил человека, Он уже знал, что для того, чтобы спасти падшее человечество, Ему будет необходимо Самому прийти в этот мир и стать Человеком. Последствия греха, которые должно было вкусить человечество, Господь был готов взять на Себя. Он был готов стать уязвленным за наши грехи и немощи. А это значит, что Господь мог искупить человечество и спасти его, только пролив Свою кровь на Голгофе.

Когда в жертву приносились животные, это носило пророческий, прообразовательный характер. Агнец, которого в ветхозаветные времена закалывали и приносили в жертву, был прообразом того Агнца, той единственной жертвы, что была способна искупить грех человека, – Христа Спасителя. Когда Иоанн Креститель увидел идущего к нему на берег Иордана Иисуса Христа – Того, Кто пришел в этот мир, чтобы принести Себя в жертву на голгофском Кресте, – он, указывая на Него своим перстом, произнес слова: «Вот Агнец Божий (имея в виду того, жертвенного агнца), Который берет на Себя грехи мира». Все ветхозаветные жертвы были прообразом той единственной жертвы, способной обновить и спасти мир. Это жертва Христова.

Кроме того, ветхозаветные жертвоприношения имели некий поучительный и нравственный характер. Жертвенные животные в ветхозаветные времена делились на чистых и нечистых. Интересно размышление на эту тему апостола Варнавы. Это один из учеников апостола Павла. Сохранились его послания; они не вошли в состав Нового Завета, но это довольно интересные, поучительные послания. Нашим телезрителям, многие из которых, наверное, и не слышали о них, стоит их прочитать. Так вот, он разбирает, почему те или другие животные считались чистыми или нечистыми. Например, свинья. Есть несколько причин, но апостол Варнава называет нравственные причины. Он говорит, что свинья была образом человеческой неблагодарности. Когда свинья голодна, она начинает кричать. Визг свиньи напоминает: «кормите меня, я голодна». Но когда хозяин ее накормит, она, забыв о голоде, ведет себя совершенно независимо и не признает хозяина. Это образ человеческой неблагодарности. Когда мы оказываемся в трудных условиях, мы обращаем наши взоры к Богу: «Господи, спаси! Господи, помоги!» А когда все утрясается, мы начинаем думать, что так получилось само собой (счастливое стечение обстоятельств!), и забываем поблагодарить Господа, как та свинья своего хозяина.

Ветхозаветные жертвоприношения были разными. Помимо прообразовательного они носили еще и духовно-нравственный характер. Были жертвы за грех (покаянный характер); были жертвы благодарственные, жертвы всесожжения и так далее. Но при любом жертвоприношении Господь видел задачу человека не в том, что и в каком количестве тот должен был принести в жертву. Главным было участие его души и сердца.

Возьмем первое жертвоприношение, описанное в Библии, – жертвоприношение Каина и Авеля. Авель был пастухом, пасшим овец, а Каин – земледельцем, выращивал растения, овощи. Когда Каин захотел принести жертву, он взял ее от плодов земли, а Авель – от овец. Сказано, что Бог принял жертву Авеля, а жертву Каина – нет. Но не потому, что Бог отдал предпочтение овцам (мясу), а не овощам. Мы видим, как приносили жертву один и другой. Авель ходил и тщательно выбирал среди стада самое лучшее, самое безукоризненное животное: от первородных стада своего, как сказано в Библии. А про Каина сказано: Каин принес от плодов земли. Мне всегда представляется такая картина. Собран урожай от земли: лежит свекла, картошечка и прочее. Где-то попался гнилой плод, где-то, может быть, грязный. Каин берет это в охапку без разбора и несет на жертвенник. «Вот Тебе жертва». Когда душа в этом не участвует (либо в ней присутствует безразличие, холодность), такая жертва Богу не угодна.

Иногда ветхозаветные люди уделяли больше внимания внешнему ритуалу, нежели внутреннему. Через пророков Господь говорил: «Я ненавижу ваши жертвы. Дым от ваших жертвоприношений отвратителен Мне». Потому что сердца были холодные, каменные. «Устами своими вы чтите Меня, но сердце ваше далеко от Меня». В известном 50-м покаянном псалме пророка Давида есть такие слова: жертва Богу дух сокрушен, сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит. Господь всегда смотрит на наше внутреннее устроение.

С внешней точки зрения Господь не имеет нужды ни в чем, в том числе и в наших жертвоприношениях. Когда человек жертвует, например, на храм Божий, чем эта жертва обусловлена? Она уже не связана с какими-то кровавыми жертвоприношениями. Животных в жертву сейчас не приносят. Христианская Церковь – это община, общность верующих людей. И, конечно, великое дело, когда мы не просто принимаем участие в богослужении, а когда оно совершается при нашем деятельном (и не только молитвенном) участии. Когда подготовка этого богослужения тоже предполагает наше участие. Например, при совершении Литургии в христианской Церкви используется евхаристический хлеб. Можно считать это современной жертвой? Да. Евхаристический хлеб – просфора; в переводе с греческого означает «приношу». То есть просфора – это приношение. Сначала человек посеял пшеницу, потом ее вырастил, собрал, перемолол. Испек из нее хлеб, и этот хлеб как плод своей деятельности, трудов он несет в храм Божий, чтобы с участием этого хлеба была совершена Божественная литургия.

Каждый, кто приходит в храм и подает поминальную записку, оставляет какое-то пожертвование. Священник берет просфору, которая приобретена на чьи-то пожертвования или благодаря чьему-то труду, и приносит так называемую Бескровную Жертву, вынимая из этих просфор частицы. Либо вырезая из главной, агничной просфоры тот хлеб, что во время Литургии становится Телом Христа Спасителя.

Свечи – это тоже некое приношение к храму Божию, оно обеспечивает богослужение, обеспечивает его красоту и благолепие. Для того, чтобы свечу произвести, человек разводит пчел, добывает воск. Не каждый занимается этим лично, поэтому в храме есть готовые свечи, за них мы отдаем свое пожертвование. Мы приносим свечу как наше участие в богослужении: я в этом богослужении участвую не только молитвой, не только своим присутствием, но и своим вкладом.

Когда человек опускает в церковную копилку какое-то пожертвование, он осознает, что эти средства идут на содержание храма Божия. Чтобы в храме было электричество и тепло. Чтобы было уютно и чтобы храм был прибран. Чтобы он был отреставрирован. Кроме того, Церковь занимается и социальными, просветительскими проектами, что тоже предполагает наличие определенных средств. Если человек делает какое-то пожертвование в этом отношении, он способствует делу проповеди Христовой, является живой частью Церкви Божией.

Участие в любых пожертвованиях и жертвоприношениях предполагает некую жертвенность. Когда мы готовы что-то от себя отделить, от чего-то отказаться для того, чтобы принять участие в чем-то особом, добром. Это не только материальные средства. Например, человек после тяжелого трудового дня заходит в автобус. Так хочется присесть на свободное место! Но он видит, что здесь едет инвалид или престарелый. И он сознательно не садится, чтобы другому человеку обеспечить покой и комфорт в этом транспорте. Он от чего-то отказывается, проявляя жертвенность. И эта жертвенность, эта любовь становится более ценной, значимой в очах Божиих. Когда мы принимаем жертвенное участие в судьбе ближних, осуществляются слова Священного Писания из Книги Притчей Соломоновых: человек, который оказывает доброе дело ближнему, дает взаймы Богу. И тот, кто не желает оставаться в долгу, возвращает этот долг своими милостями, причем возвращает сторицей – в значительно большем объеме и в большей степени, чем мы проявили нашу жертвенность в отношении наших ближних.

Владыка, одно дело, когда человек, условно говоря, зарабатывает большие суммы и приносит в жертву часть этих денег. Для меня жертвенность ассоциируется с Евангельской историей, когда вдовица принесла две лепты. По сути, это было все ее пропитание. Вот это – жертвенность. Имеет ли значение, даем ли мы жертву, отрывая ее от себя, или свободно дарим храму?

– Когда человек говорит, что он что-то дарит храму, наверное, здесь присутствует некая нотка гордыни или самомнения. Единственный, Кто одаривает нас, – это Господь. Что бы мы ни дали ближнему или пожертвовали в храм – это не вполне наше. Если человек достаточно неплохо зарабатывает, или у него есть какое-то состояние, ему иногда кажется, что это исключительно его заслуга. На самом деле это не так. Прежде, чем этого добиться, он когда-то учился в школе. И во многом то, что он стал таким, зависит от его учителей, от его родителей. Зависит от страны, от общества, в котором он живет.

Когда совершается Литургия, когда приносится Бескровная Жертва, и хлеб и вино становятся Телом и Кровью Христа Спасителя, священник, вознося к Богу наши приношения (хлеб и вино, которые люди обеспечили своим трудом и пожертвованиями), произносит: Твоя от Твоих Тебе приносяще о всех и за вся. Нужно понимать, что мы не столько дарим, сколько принимаем участие в общецерковной жизни. А степень этого участия уже зависит от готовности человека к жертвенности.

Для кого-то очень существенный вклад в доброе дело не является чем-то жертвенным. Например, некто обладает огромными капиталами. Если он выделил сто тысяч рублей на благотворительную деятельность, на оказание помощи, например, детскому дому, это, скорее всего, никак не отразится ни на нем, ни на том предприятии, которое он возглавляет. Вы привели пример с вдовицей. Такая жертвенность, наверное, более ценна в очах Божиих. Хотя Господь не отвергает никакой жертвы. Каждый может быть полезным и обществу, и Церкви – в меру своих возможностей, в меру своей готовности быть жертвенным. Как говорится, блаженнее давать, нежели принимать.

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475