Митрополит Томский и Асиновский Ростислав: Педагог – тоже пастырь

Владыка, сегодня поговорим на не совсем церковную тему, которая все же соприкасается с церковной жизнью. Прошел День учителя. Все мы – и церковные, и светские люди прошли через учителей. В Вашей жизни был учитель, который оставил в душе неизгладимый след?

– Я не встречал ни одного человека, кто закончил бы советскую школу и не помнил своих учителей. Конечно, и в моей жизни были учителя, которые запомнились на всю жизнь. Сейчас почти все они ушли в вечность. Например, Валентина Александровна Зернова – преподаватель литературы.

Такие учителя запоминаются на всю жизнь не столько профессионализмом, а прежде всего своей душевностью. Чаще всего мы помним не столько преподавателей истории, химии, биологии или литературы, сколько наших классных руководителей, которые заботились о нас в такой же степени, в какой проявляют заботу о детях родители. Еще раз подчеркну, что больше всего мы их любим ради их душевности, человечности. А ведь в молодом возрасте дети и подростки нуждаются в понимании. Позиция учителя очень важна, когда молодой человек пытается войти во взрослую жизнь и подготовиться к ней.

Что значит фраза, если не ошибаюсь, апостола Иакова, который говорит в своем послании: не многие делайтесь учителями. Как это нужно понимать?

– Эта фраза относится не столько к школьным учителям, сколько к духовным наставникам (хотя отчасти и к школьным педагогам), которые претендуют быть детоводителями (есть такое слово в Священном Писании). Педагог – это детоводитель, если перевести слово на русский язык. Тот, кто ведет детей. И очень важно, куда приведет детей тот или иной педагог. Здесь речь идет об ответственности, которая лежит на педагогах, как на учителях в духовной жизни, так и на обычных педагогах.

Слова апостола адресованы педагогам, чтобы те помнили о своей ответственности. Если слепой поведет слепого, говорит Христос в Евангелии, они оба упадут в яму. Если педагог не особо ориентируется, но берет на себя миссию лидера, вожака, немаловажно то, куда они придут. Особенно в наше время, когда школа перестала быть организацией, предоставляющей лишь образовательные услуги (а именно такую роль, к большому сожалению, отводили школе 10–20 лет назад). Школа в настоящее время приобретает не только образовательный, но и воспитательный характер. Это говорит о том, что она наряду с родителями должна выполнять функции духовно-нравственного воспитания.

Если педагог часто оперирует понятиями нравственности, духовности, но не особенно понимает, что это такое (либо вкладывает в них свой смысл), есть риск увести своих подопечных не туда. Поэтому Священное Писание говорит: не многие делайтесь учителями. Быть лидером, вожаком, детоводителем может только тот, кто сам обладает и духовным, и жизненным опытом. И в этом особая ответственность учителя.

Я вспомнил одну из учительниц, которая запомнилась со школы. Но есть и духовные учителя, они запомнились мне не меньше. Один из них на протяжении многих лет был моим духовным руководителем. Это старец, архимандрит Кирилл (Павлов), известный духовник Троице-Сергиевой лавры. Учитель с большой буквы. В абсолютном значении слово «учитель» мы, верующие люди, употребляем по отношению к Спасителю нашему Иисусу Христу. Именно так апостолы называли Его.

Настоящие пастыри Церкви Христовой тоже учителя, они учат не столько словами, не столько применяют какие-то хорошо разработанные программы, сколько сами являются образцом того, как нужно жить, как поступать в тех или иных ситуациях. Опираясь на свой богатый духовный и жизненный опыт, они подают советы менее опытным, юным наставникам, каковыми и являются духовники. Отец Кирилл – один из таких учителей, он оставил неизгладимый след, я думаю, не только в моей жизни. Все его духовные чада вспоминают его с теплотой.

Я до сих пор помню, как в Троице-Сергиевой лавре отец Кирилл у себя в келье по вечерам читал книги Священного Писания и святоотеческие творения. Казалось бы, у каждого из нас в келье были своя Библия и томики «Добротолюбия». Но вечером мы стремились в келью старца Кирилла. Келья набивалась людьми. Отец Кирилл раскрывал Библию, читал отрывок из Священного Писания; потом брал «Добротолюбие». Нельзя сказать, что он сопровождал чтение какими-то объемными нравоучениями, исследованиями или научными комментариями. Его комментарии носили самый простой характер. Прочитав то или иное место из книги, он говорил: «Вот видите, а мы не всегда так поступаем». И читал дальше. Само присутствие в такой атмосфере плодотворно действовало на людей.

Когда я вспоминаю старца Кирилла, я вспоминаю слова Льва Толстого, сказанные им о преподобном Амвросии Оптинском. Он говорил: «Воистину этот старик – святой. Когда он беседовал со мной, я чувствовал присутствие Бога». Когда такие духоносные люди общаются с нами, мы чувствуем свою причастность к чему-то великому, Божественному, духовному.

Владыка, исходя из того, что Вы рассказали, я правильно сделал вывод, что даже светский учитель тоже в какой-то мере – пастырь?

– Задачи и священника, и педагога отчасти совпадают. Перед учителями ставится задача сообщить учащимся какие-то навыки, компетенции, знания в той или другой области. Но, даже преподавая математику или физику, учитель должен ставить цель – вырастить из этого молодого человека достойного гражданина нашей страны, порядочного человека. В этой части задачи духовного наставника (пастыря, духовника) и учителя-просветителя совпадают. Многие прославленные Церковью в лике святых учителя совмещали в себе задачи духовного наставника и просветителя.

Таковыми были славянские первоучители Кирилл и Мефодий. Они составили славянскую азбуку, дали славянским народам письменность. Но это не было самоцелью. Они несли славянским народам христианскую веру, проповедь Евангелия. А азбуку рассматривали как ключ к той богатой духовно-нравственной литературе, которой обладала христианская Церковь. Как ключ к познанию Самого Бога через уразумение истин Священного Писания.

Владыка, Вы упомянули, что мы вспоминаем учителей не столько за знания, сколько за их душевность, за их отношение к нам. Хотел бы эту тему продолжить. Какими еще качествами, помимо душевности, внутренней чистоты, должен, на Ваш взгляд, обладать учитель, чтобы быть педагогом от Бога?

– Наверное, педагогу должно быть присуще неравнодушие. Равнодушный человек – это самый страшный человек. Если педагог делает что-то только потому, что это предусмотрено его должностными инструкциями либо профессиональными требованиями, и этим исчерпывается его служение, он никогда не будет педагогом с большой буквы. Такого педагога дети никогда не будут вспоминать с душевной теплотой.

Важно, когда педагог воспринимает учеников, как своих собственных детей. Когда он пытается не просто дать знания, что предписано ему школьными программами, а действительно делает все для того, чтобы дети стали достойными гражданами Отечества. Чтобы они стали носителями духовно-нравственных ценностей, идеалов. Это задача неравнодушного преподавателя.

Собственно говоря, в духовной жизни то же самое. В Священной Писании Господь говорит, что есть пастырь-наемник, а есть добрый пастырь. Чем отличается наемник от доброго пастыря? Не тем, что он что-то делает плохо. Он делает это хорошо. Но не потому, что имеет к этому призвание, или у него есть какое-то горение, заботливость, а потому, что это предписано его должностными обязанностями. Вот что отличает наемника от доброго пастыря. Если педагог тщательно выполнил предписанные ему обязанности, а дальнейшее его не касается, такой человек, наверное, не должен идти в эту профессию.

Слышал, что многие учителя отмечают такую вещь. Спустя годы после окончания школы со словами благодарности чаще всего приходят не отличники, а ребята, которые в школьные годы отличались разгильдяйством. Как Вы можете это прокомментировать?

– Это очень сложное, противоречивое явление. Очень часто тот, кто в школьные годы слыл хулиганом, на самом деле был просто гиперактивным ребенком. Это не укладывалось в поведенческие рамки, в которые его ставила школа. И очень часто такие люди показывали положительные результаты во взрослой жизни. Если к ним правильно отнеслись учителя, если помогли им не разрушить свою жизнь, не пойти по пути правонарушений, криминала, а направили их энергию в должное русло, это большое искусство педагога. Когда люди, уже реализовавшие себя в жизни, приходят к своим бывшим педагогам с чувством благодарности, приносят им цветы или просто выражают им свою признательность, это вполне логично.

Я вспоминаю своих школьных товарищей. Мои однокашники пошли разными путями. Кто-то, к сожалению, пошел по скользкому пути и поставил крест на своей успешной жизни. Но были и совсем другие. И в этом немалая заслуга педагогов.

Владыка, насколько я знаю, Вы в школьные годы столкнулись с определенным давлением со стороны школы. Как Вам удалось сохранить теплые воспоминания об этом времени? Ведь Вам пришлось через многое пройти. Ведь Вы отличались от остальных учеников?

– Тогда мне не казалось, что я слишком отличался… Я достаточно хорошо учился. У меня были исключительно положительные отметки по некоторым гуманитарным дисциплинам. Моим любимым предметом была история. Ко мне все преподаватели относились с теплотой, с заботой. Поэтому о большинстве преподавателей у меня такое впечатление.

Я отличался тем, что уже в школьные годы сознательно пришел к вере. Начал активно посещать храм Божий. Но в советские годы задача школы была в том числе и в воспитании учеников в духе атеизма и борьбы с религиозными предрассудками. В этом отношении был некоторый конфликт между школой и мной. Но я к этому относился весьма стоически. Я понимал, что это какие-то задачи, которые ставят перед людьми извне. И я видел это понимание во многих педагогах, которые были особенно чуткими и внимательными. Вроде бы они должны были выполнять функции воспитателей, чтобы не дать ученикам уклониться от линии партии и атеистического правительства. Но я во многих видел душевность и деликатность. Многие вещи они обходили молчанием; иногда создавалось впечатление, будто они делают вид, что ничего не знают. И за это я тоже очень им благодарен. Хотя в то время и комсомольская, и партийная организация школы ставили перед собой задачу меня перевоспитать.

Но в большей степени этим занимались не столько педагоги, сколько комсомольские активисты, которых инструктировали их старшие товарищи. Они мне много крови попортили. Хотя сейчас я тоже вспоминаю их с теплотой и благодарностью. Потому что любые трудности делают нас крепче, мужественнее. Они позволяют нам дополнительно испытать себя на верность тем идеалам, которых мы придерживаемся.

Настало время перейти ко второй части нашей программы. Русская Православная Церковь 4 октября чтила память святителя Димитрия, митрополита Ростовского.

– Среди русских святых святитель Димитрий Ростовский – один из известных и почитаемых. Этот святитель был богословом, проповедником. Сохранилось очень много его удивительных проповедей и молитвословий. Но более всего в русском Православии святитель Димитрий Ростовский известен благодаря сборникам житий святых. Это так называемые Димитриевские четьи-минеи. На каждый день года он составил духовные чтения – жития святых угодников Божиих. Первоисточником для составления этих житийных повествований послужили более древние, Макариевские четьи-минеи, а также древние жития – греческие и латинские.

Наверное, эта книга была самой любимой и читаемой в нашем народе. Во второй половине XVIII века эти книги стали выходить на церковнославянском языке. Потом они были переведены на разговорный русский язык. Было 12 томов. Каждый день верующий человек назидал себя чтением жития святого и получал от этого огромную духовную пользу. Благодаря святителю Димитрию. Он был предан своему делу. Когда он составлял жития, святые иногда являлись ему, подсказывая какие-то вещи, которые зависели от интерпретации составителя жития. Подсказывали, как изложить тот или иной период их жизни.

Я сошлюсь, наверное, не только на свой опыт. Любой исследователь в области исторических изысканий знает: когда ты занимаешься проблемой, вдруг начинают появляться какие-то документы или факты. И многие делают вывод, что люди, биографию которых мы исследуем, приходят нам на помощь. Святителю Димитрию являлись святые и чудесным образом давали какой-то материал для составления этих житий.

Святитель Димитрий Ростовский жил совершенно в другом регионе. Но тем не менее для Томска он имеет огромное значение. Во-первых, в день его памяти (осенний праздник) в 1858 году в Томске состоялось торжественное открытие Томской духовной семинарии. Поэтому этот день до революции отмечался как день рождения Томской семинарии.

У преосвященного епископа Томского Парфения (Попова) хранился удивительный раритет – письмо, собственноручно написанное святителем Димитрием Ростовским. Содержание этого письма мне неизвестно, но этот раритет хранился в особой шкатулке у Владыки Парфения. В день открытия Томской духовной семинарии он передал туда этот раритет на вечное хранение. В 1920 году при установлении советской власти Томская духовная семинария была закрыта. Ее библиотека была расформирована: часть была передана в фонды Томского государственного университета, другая часть погибла. К сожалению, судьба этого письма с тех пор неизвестна. Его нет ни в университетской библиотеке, ни в семинарии. Но это письмо, как и само открытие семинарии в день памяти святителя Димитрия Ростовского, было знаком для Томска.

Одно из миссионерских братств, основанное в Томске, которое издавало религиозную литературу и занималось вопросами духовного просвещения, носило имя святителя Димитрия, митрополита Ростовского. Поэтому для томичей имя этого святого имеет особое значение. С днем памяти этого святого я всех от души поздравляю.

Телезрительница спрашивает: «Мне говорят, что нельзя верить снам. Но я своим снам верю, потому что они у меня особенные – все сбываются. Я их даже иногда рифмую. Надо ли это исповедовать?»

– Вообще, это очень опасный и скользкий путь. Эта тема не такая простая, как может показаться. У преподобного Иоанна Лествичника в его знаменитой книге «Лествица», есть целая глава «О сновидениях». Нашу телезрительницу я отправляю к этой книге. Обязательно прочитайте.

Если говорить в двух словах, то сны (даже те, что сбываются) становятся орудием хитрости бесов против нас. Один раз сон сбылся, второй раз… А потом темные силы нам во сне показывают какие-то вещи, которые исходят уже них. Но мы привыкли к тому, что наши сны всегда вещие, что они всегда сбываются. Мы увлекаемся этими сновидениями и попадаемся в ловушку дьявола. Поэтому преподобный Иоанн Лествичник говорит, что не нужно принимать никакие сны, даже если нам кажется, что они избываются.

Нужно ли в этом исповедоваться? Исповедь – это покаяние, метанойя (греческое слово означает изменение, перемену образа мысли). Нужно поменять свою концепцию: не доверять снам, даже если они сбываются.

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475