Архимандрит Савва (Мажуко): Очень страшно умирать

Оптина пустынь для русского человека – Божий дар, значение и ценность которого мы до конца еще не осознали, не осмыслили. Придет время, будут составлены и написаны настоящие энциклопедии Оптиной пустыни, где будут не только именные указатели с биографиями старцев, но, возможно, и те незначительные, рассыпанные по дневникам, мемуарам, газетным вырезкам упоминания о тех людях, которые духовно вызревали вокруг этого благодатного места, этого духовного сада, что насадили великие Оптинские старцы.

Среди воспоминаний об Оптиной пустыни есть интересные зарисовки по некрополю Оптиной пустыни. Старец Леонид (Кавелин) фиксировал надписи на надгробных плитах послушников и монахов Оптиной пустыни и тех мирян, которые окормлялись вокруг Оптинских старцев и сподобились великого дара быть похороненными рядом с дорогими оптинскими могилками. На этих надгробных плитах иногда были удивительные формулировки, лаконичные, очень простые. Например, меня поразила удивительная надпись об одном монахе, он прожил скромную жизнь и не оставил о себе никаких особых воспоминаний. На его надгробной плите братия написали, что этот брат прожил в монастыре восемь лет и за это время никого не оскорбил. По-моему, это достойно жития святых.

В ногах одного из старцев был похоронен молодой послушник, его оптинцы называли Николушка, ангел Божий. Ему едва минуло 18 лет, когда он пришел в Оптину пустынь после получения образования. И с первых дней жизни в монастыре у него открылась чахотка. Он умирал достойно, красиво. То краткое время, которое он прожил в Оптиной пустыни, растрогало всю братию, они его любили, как собственное дитя. Николушка, ангел Божий – какое прекрасное именование! Один из старцев вспоминает: когда тот умирал, пришли братия, которые его любили, причастили его и дали ему в руки свечку, заметив, что он умирает. И этот мальчик умер с зажженной свечой в руках.

Много есть воспоминаний о достойной кончине простых людей с чистым сердцем. Эти воспоминания утешают нас, современных читателей, которые имеют привилегию читать о смерти других людей. Размышлять о смерти – занятие довольно опасное, трудное. Есть определенный риск – присущий абсолютно каждому человеку ужас перед смертью, страх перед своей кончиной. Даже великие люди были подвержены этому страху.

Например, митрополит Платон (Левшин), великий святитель Русской Церкви XVIII–XIX веков, богослов, подвижник и прозорливец, всю жизнь боялся смерти до панических атак, как бы мы сейчас сказали. То есть у него была какая-то паника при мысли о смерти, он ужасался и тосковал, размышляя о том, что ему придется умереть. Но перед кончиной вдруг этот страх погас. Буквально за несколько лет до своего отшествия из этой жизни митрополит Платон как-то утешился и принял свою смертность с благодарностью, радостью и ликованием.

Есть интересная зарисовка из биографии старца Косьмы Ивановича, который подвизался в городе Бирске, недалеко от Уфы. Этот старец отличался удивительной прозорливостью, добротой. Читаешь его жизнеописание, и кажется, будто древний старец пришел в наше время. Не верится, что простой крестьянин был настолько духовно одаренным. Косьма Иванович был не простым старцем, подвижником или постником, а юродивым подвижником. А юродство сродни древнему пророческому дару. В Книгах Ветхого Завета мы читаем о жизни великих пророков, что Дух Божий иногда им повелевал разговаривать знаками.

Старец Косьма Иванович обладал даром изгонять злых духов, врачевать болезни. Даже после смерти он многим являлся и даровал исцеление, призывая их послужить панихидку на своей могиле, являясь им воочию, как в жизни ходил, – в синем халатике и с полотенцем на голове. Такой был вид юродивого старца Косьмы Ивановича.

К изумлению своих близких и почитателей, однажды он вдруг стал очень ярко тосковать и показывать, как он боится смерти. Ходил повсюду и говорил: «Как я боюсь умереть, как страшно! У меня же денег нет на поминовение». Его духовные дети хором утешали старца, что все будет хорошо: «Косьма Иванович, какие у Вас грехи? Чего Вы так переживаете? Мы за Вас помолимся». А он говорил: «Как помолитесь? У меня даже денег нет за лампадку заплатить, чтобы вы за меня маслица налили». Его, конечно, все утешали, что будут молиться, и деньги пожертвуют, и записки на сорокоусты подадут на год, на полгода. «Будете молиться после смерти? Хорошо, тогда я не буду смерти бояться», – сказал Косьма Иванович, к изумлению окружающих, которые его так бодро и долго утешали, опекали, уговаривая не тужить, потому что все будут хором за него молиться.

Я думаю, Косьма Иванович не боялся смерти, потому что он был Божий человек. Но ему важно было оставить урок, наставление своим близким, показать, как важна молитва за усопших, как важно человеку знать, что после смерти за него помолятся. Это очень хорошо, когда ты уходишь к Господу, зная, что здесь за тебя помолятся. Уже сама эта мысль, само это обетование – великое утешение и поддержка умирающему, способные вылечить от ужаса смерти.

Чтобы понять, насколько прозорливым был старец Косьма Иванович, достаточно вспомнить такой эпизод. Однажды к нему в избушку зашел простой крестьянин. Он приехал из некой деревеньки, потому что ему сказали: «Там Божий человек, старичок на печи сидит, спроси у него какого-нибудь совета духовного. Может, он помолится, ты пшеницу хорошо продашь; или животные болеть не будут, коровы будут хорошо доиться». Он по простоте своей пришел к старцу, не успел ни слова сказать, как Косьма Иванович ему говорит: «Выкопаешь мне могилу». Тот говорит: «Вы что, собираетесь помирать?» Косьма говорит: «Выкопаешь мне могилу, дай обещание». Крестьянин говорит: «Ладно, выкопаю. Только где я живу и где Вы живете? Мне полдня ехать». Думает, что чудит старец. Что с этих дедушек взять? Потом они поговорили о жизни, о погоде, и крестьянин уехал.

Прошло много времени, этот крестьянин уже и забыл этот разговор. Однажды приезжает он в город продать сено или пшеницу. Только въехал на базар, несется человек из монастыря, к нему подбегает и говорит: «Слышал, что Косьма Иванович помер?» Этот молодой крестьянин понял, что это знак. Он пришел в монастырь, видит, идут люди с лопатами копать могилу для старца Косьмы Ивановича. Он взял одну из лопат и пошел копать могилу.

То есть старец в подробности знал, как будет проходить его кончина, как он умрет, кто выкопает ему могилу. И это был его подарок и благословение для этого крестьянина. И не было никакого ужаса или предсмертной тоски, а было благодарное отшествие к Господу нашему, принятие дара, который роднит нас с нашим народом, нашими близкими, нашими родителями. В старину не говорили «скончался» или «умер», а говорили «приложился к народу своему». Как это утешительно звучит: приложился к народу своему…

Люди приходят и уходят поколениями. Рождаются, а потом уходят, прилагаются к народу своему. К своим родителям, своим предкам, своему народу. И все они почивают на руках у Господа. И Господь Человеколюбец отрет всякую слезу с очей Своих деток. Поэтому не страшно умирать, зная, что мы дети Господа Человеколюбца.

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз»

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс:32475