Газета «Городок» Красноуфимского района собирает сведения об исчезнувших деревнях

Издавна селились люди в тех местах, где раскинулись ныне земли Красноуфимскогорайона свердловской области. По Сибирскому тракту гнали каторжников.

Потом в этих же местах оседали ссыльно-поселенцы, которым запрещено было селиться в Центральной России.

Люди обживались,строили храмы, растили детей. И трудились — трудились на земле уральской, где,чтобы каждый колосок вырастить, нужно немало пота пролить. Ныне многих деревеньКрасноуфимского района, составлявших некогда словно бы россыпь ярких, веселыхкамней самоцветных в уральских предгорьях, уже не существует.

Об этом с горечью пишет красноуфимская районная газета «Городок»:

«СелоКрасносоколье… Природа здесь проста и причудлива одновременно. Цветущие или скошенные луга, сосновый бор, спрятавший в своей глуши ульи пасечников из Сокольяи Иргинска, лесные озера, молодые дубки — отголоски дубравы, крутые склоны,сплошняком поросшие клубникой, стога, пахнущие сухим и Что можно услышать в этой стороне, кроме гулкого шума соснового бора? Монотонный стук дятлов, свисткакой-нибудь птахи, шорох дождя запутавшегося в сплетенных ветвях сосен, разноголосоепение петухов по ночам, а утром — блеяние и мычание собирающейся в стадо скотины.Это внизу — в Соколье, а наверху, на горах, которые его окружают, тишина.

В старинувыходцы из Красносоколья образовали деревни Пантино, Мошкино, Подъельник…

Самым крупнымбыло Пантино: около 70 домов шло двухрядкой в одну улицу, да на хуторе околомелкого лесного озера домов 8–10 отстроено. Весной деревня выглядела как сад:развесистые черемухи скрывали под своими белоснежными платьями пятистенки и избушки победнее.

Поддубровкаи Пантино — одинаково красивые, но неповторимость им придавали разные деревья.Пантино утопало в черемухах, по весне деревенские брели по опавшему цвету, как по снегу. А Поддубровка весной стояла в зеленой нежной дымке, когда на березах,что росли по всей улице, распускалась молодая листва. Летом старые ветви деревьевсклонялись до самой земли.

Согласноисторическим документам, в Большом и Малом Подъельниках, в Пантино, в Поддубровкеи в Мошкино проживали государственные крестьяне — сословие, оформленное указамиПетра I из остатков некрепостного земледельческого населения. В отличие от помещичьихкрестьян государственные жили на казенных землях, пользовались отдельными наделамии платили казне феодальную ренту.

Крестьянежили своим трудом, каждая семья имела место под покос, делянку в лесу, держаласкотину, кто побогаче — лошадей. Одежду (самую необходимую) носили домотканую.Выращенную коноплю мяли на самодельном деревянном станке, парили, получали ткань,из которой шили нижнее мужское и женское белье и прочее по потребности.

Товары повседневногоспроса, а также ткани, нити, золото и прочее можно было купить на нижнеиргинскомбазаре, куда съезжались торговцы с окрестных деревень.

Советскаявласть разоряла семейства, нарушала крепкие крестьянские хозяйства и заставлялалюдей бедствовать… В деревне Пантино шла революция. Свирепствовала запоздалая,а скорее, нескончаемая продразверстка. Крестьянские сусеки выгребались подчистую.Выселяли кулаков — так стали называть крепких хозяев, добропорядочных тружеников.Люди сопротивлялись, спасали свое добро, прятали все, что можно было.

И в советскоевремя здесь уже были бедные поселения. Кругом степь да мелкие леса западныхуральских предгорий. Поистине глухомань. В 1930-е годы рванула молодежь из родногоПантино в город, подальше от тяжелой колхозной работы, от бессонных ночей. Уходилибосыми, либо в разных обутках, в одной одежке, которая потом служила еще и постельнымбельем, без паспортов, жили по квартирам, брались за любую работу — лишь быпристроиться, некоторые выходили замуж за городских, тогда они становились легальнымигорожанами.

Рванула молодежьиз Пантино, чтобы потом всю жизнь тосковать о своей бедной покинутой родине.На поверку вышло — беги хоть на край света, получай все материальные блага,а родина так и остается в тебе вечной саднящей болью…"

На местеисчезнувших деревень остались лишь поля, поля бывших колхозов и совхозов. Многиежители Пантино, Мошкино, Поддубровки и Подъельников осели в Нижнеиргинском —поближе к малой родине.

У жителейисчезнувших деревень, у их потомков не угас интерес к родному краю, к жизнипредков. Недаром постоянно собираются они там, где стояли раньше деревни. Вспоминают,кручинятся… И думают о том, как возродить былое, утраченное. Деревни не вернешь— но память о том, как сельчане жили в старину, не должна исчезнуть, сгинуть.

Именно потомукрасноуфимская районная газета «Городок» собирает воспоминания жителейисчезнувших деревень Красноуфимского, Ачитского, Нижнесергинского районов. Покастарожилы еще с нами — надо по крупицам собрать, записать их рассказы, воспоминания.А может быть, кто-то поделится старинными фотографиями и документами из семейногоархива. Чтобы знали об этом многие будущие поколения.