Православная газета

Православная газета

Адрес редакции: 620086, г. Екатеринбург, ул. Репина, 6а
Почтовый адрес: 620014, г. Екатеринбург-14, а/я 184
Телефон/факс: (343) 278-96-43


Православная
газета
Екатеринбург

Русская Православная Церковь
Московский Патриархат

Главная → Номера → №7 (904) → Сектовед Александр Дворкин: Эту работу я воспринимаю как послушание

Сектовед Александр Дворкин: Эту работу я воспринимаю как послушание

№7 (904) / 14 февраля ‘17

Душевная вечеря

Игумен Лука (Степанов): – Приветствую вас, дорогие друзья! Заботой миссионерского отдела Рязанской епархии сегодня за нашим чаепитием замечательный гость, не нуждающийся в представлении, Александр Леонидович Дворкин, который посещает в эти дни город Рязань и любезно согласился пообщаться и за нашим круглым столом. Мы имеем возможность задать вопросы, и я надеюсь, что угадаю ваши пожелания и встреча с Александром Леонидовичем напитает ваши жаждущие души всей той радостью, о которой вы мечтали. Александр Леонидович, каждый ваш приезд (думаю, в любой город) для православного сообщества – большая радость, для антиправославного – большое беспокойство. А Рязань уже не первый раз становится местом ваших миссионерских и наставнических трудов.

Хотелось бы начать разговор с вашего церковного послушания – миссионерского служения. Вообще, Церковь сама по себе настроена на миссию. Обсуждается ектенья об оглашенных: нужна она или не нужна? Я слышал одно просвещенное мнение: как же не нужна, если она подтверждает то, что Церковь всегда направлена на благовестие и осияние светом Христовым всех и вся? Поэтому те, кто еще не приобщен к ней, должны приобщаться.

Как вы видите это свое служение? вы оказались на нем в какой-то степени случайно? Или какие-то церковные или научные Ваши искания вывели на необходимость миссионерского служения, которое включает (конечно, всего я не смогу назвать) и работу внутри Церкви, и работу по ее защите, расширению, приобщению к ней людей?

Александр Дворкин: – Вы правы, отче, это действительно послушание, которое началось 24 года тому назад. У приснопамятного протоиерея Глеба Каледы (которого многие помнят или, по крайней мере, слышали о нем) была способность прозревать, на что люди способны. Когда мы с ним познакомились и я начал работать в Отделе религиозного образования и катехизации Русской Православной Церкви под его началом, как раз он и предложил мне заниматься сектами. Это было для меня абсолютной неожиданностью, я никогда не подозревал, что буду заниматься сектами, – я занимался историей, и не было для меня области более далекой, чем секты, о чем я ему и сказал. Но он ответил: «Поскольку Вы долго жили за границей, владеете языками и большая часть сект пришла к нам из-за границы – на тот момент это было так, – Вы о них хоть что-то слышали. Вы знаете больше нас и, наверное, справитесь».

Поначалу я отказался. Отец Глеб очень уважал свободу человека, поэтому не стал настаивать, но получилось так, что некие жизненные обстоятельства все равно вывели меня на эту работу, которую с тех пор я, конечно, воспринимаю как послушание.

И.Л.: – Оно вывело Вас в самый авангард, потому что духовная интервенция 90-х годов, шедшая параллельно с расширением Церкви и ее освобождением от предшествующих уз, поставила дело противостояния сектам важнейшей заботой национальной безопасности.

А.Д.: – Действительно, это было так. Я первый начал заниматься этим серьезно. Вначале это было по мере необходимости, но потом понял, что, коль скоро я это делаю, нужно делать это профессионально, и я стал серьезно изучать сектоведение.

Получилось так, что в самом начале моих занятий сектами в Москву приехал датский профессор Йоханесс Огорд из Орхусского королевского университета, который на тот момент около 25 лет занимался сектами и очень волновался относительно того, что секты появились в России и ее некому защитить. И он приехал в Россию, чтобы помочь наладить эту работу. Спросил, кто этим занимается, ему указали на меня, хотя я тогда мало что знал, только-только приступал к этой работе. Мы с ним провиденциально встретились, он возглавлял противосектантский институт «Диалог-центр», куда пригласил меня. Первые 2–3 года я ездил туда достаточно часто и просто учился у него, копировал множество противосектантских материалов его громадной библиотеки. Когда меня приглашали на конференции, я оставался еще на 2–3 дня, которые проводил исключительно в библиотеке за ксероксом, без конца ксерил и привозил с собой чемоданы отксеренных книг, материалов. Какие-то книги-дубликаты мне дарили, но по большей части приходилось ксерить.

И.Л.: – В 90-е годы, в начале служения, вы не чувствовали себя, как Илья Муромец посреди поля, покрытого язычниками?

А.Д.: – Да я даже не успел этого ощутить. Если бы мне рассказали все, что будет потом, не знаю, согласился ли бы я на это. Но как-то втянулся в эту драку, а теперь уходить невозможно.

И.Л.: – Уже пройден такой путь... – Вы можете сказать, оглядываясь назад, как Суворов, перешедший Альпы (уже в наши времена, когда государство осознает, хотя и поэтапно, необходимость окончательно убирать все то, что «навалилось» в 90-е годы), что есть уже какое-то чувство удовлетворения от пройденного пути? Или все-таки миссия должна была сработать за эти годы еще чище?

А.Д.: – Конечно, всегда можно сделать больше и лучше, и было допущено много ошибок. Не так много людей, которые этим занимаются, но все-таки результаты, несомненно, есть. Даже если одного человека удалось вытащить из секты или предотвратить попадание в нее, это уже большой результат, а речь идет не об одном человеке, а о сотнях и даже тысячах. Потом, изменилось общее отношение к сектам – люди стали гораздо больше знать. Безусловно, и секты изменились – работают гораздо более тонко и изощренно, да и теперь это не те секты, что были в 90-е. Какие-то из прежних остались, какие-то уже расточились. Те, что остались, перестроились, стали работать менее грубо.

Появилось и очень много новых сект. Если, как я уже сказал, в 90-е годы большая часть сект была заграничного происхождения, то сейчас, по крайней мере, половина сект вполне отечественного происхождения, но человеку, который туда попадает, от этого не легче: неважно, попал он в зарубежную секту или нашу, все равно его точно так же порабощают, лишают не только собственности, но и здоровья, счастья, искажают не только физическую и психическую, но и его духовную жизнь. Люди страдают точно так же.

И.Л.: – Сейчас государство ближе к осознанию того, что бить по голове тяжелым предметом преступление, а бить по человеческой личности подобными организациями – еще в большей степени преступление? Все-таки законодательство остается довольно размытым?

А.Д.: – На самом деле, за эти годы я понял, что крайне сложно создать работающий законодательный механизм, который касался бы сект, не задевая традиционных религий: секты мастерски мимикрируют, подстраиваясь под религиозные организации. Запретишь что-то делать им? Ведь зарегистрированные организации равноправны, и какие-нибудь кришнаиты обладают теми же правами, что и Русская Православная Церковь – понятно, что это не одно и то же перед историей, культурой страны, но, как у зарегистрированных организаций, права у них те же самые. Поэтому в законодательном механизме ошибок допускать нельзя и надо очень долго и внимательно отмерять, прежде чем отрезать. Во всяком случае, хотя бы эта работа началась. Какие-то механизмы ищутся и какие-то шаги делаются, а это уже достаточно ободряет. (Продолжение в следующем номере)

Записала:
Ксения Сосновская

Полную версию программы вы можете просмотреть или прослушать на сайте телеканала «Союз».

 

Православная газета. PDF

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс

Православная газета. RSS

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс

Читайте «Православную газету»

Сайт газеты
Подписной индекс: 32475